Я расторгну договор Близаров с Хольдой, и заключу новый договор — Хольды и Эрны фон Зоммерштайн.
Она сказал это, и я как наяву увидела Госпожу Метелей — прекрасную, холодную, безжалостную. Эрна показалась мне выше ростом, и от нее повеяло холодом — пронизывающим, замогильным…
— Но…вы же сами говорите, что ледяное сердце — это смерть… — пробормотала я.
— Тебе не понять, — бросила она презрительно. — А я прекрасно понимаю, почему первый Близар так поступил. И я готова принести в жертву собственное сердце, чтобы получить взамен абсолютную власть. Нежным фиалкам, вроде тебя, это не надо, вам это не под силу. Ваш предел — дарить детишкам подарки и печь пирожки. А я мечтаю о большем, и ледяное сердце — это награда, на самом деле, а не наказание. Никаких тревог, никаких сомнений. Нет сердца — нет слабости. Я не хочу быть слабой.
Она надвинулась на меня, буравя взглядом:
— Поэтому предлагаю тебе правду в обмен на маску. Ты принимаешь мое предложение?
— В обмен на какую правду?
Эрна походила на безумную, и рядом с ней я тоже поддалась непонятному безумию — древние проклятья, колдовские маски, языческие боги, тайны природы — все это завертелось у меня в голове каруселью, а голос ведьмы проникал в самую душу:
— Маску может собрать только невинная девушка с горячим сердцем, полным любви, — сказала Эрна уже тише, усмехаясь углом рта. — Все очень просто, но в то же время очень сложно. Близар искал такую девушку по всему королевству, только ему не повезло. Что поделать — настоящая любовь встречается так редко…
— Он хотел наследника… — сказала я растерянно.
— Наследника? — ведьма посмотрела на меня с жалостью. — Он хотел собрать маску, чтобы обрести свободу. Поэтому и приводил девушек, надеясь, что одна из них полюбит его — полюбит его по-настоящему, а не его богатства, не его знатность. Он требовал от них любви, но сам их не любил. Он и тебя не любит. Хоть ты и считаешь меня врагом, только я открыла тебе глаза, Бефана. Ты нужна Близару всего лишь как ключ, только чтобы избавиться от проклятия Хольды. Но как только он избавится от проклятья — получишь его на блюдечке. Он уже хочет тебя, а у мужчины — где страсть, там и любовь. Просто растопи его сердце — и забирай со всеми потрохами.
Все это и в самом деле походило на правду.
Разве сама я не думала так же? Какие наследники, если моя мать и остальные девушки приезжали к прежнему графу всего за шесть лет до его смерти? Я догадалась… Я поняла это после поездки в Любек, но что-то увело мои мысли в сторону… Что-то мешало докопаться до истины… Что-то… Или — кто-то.
— Николас — самый могущественный колдун, которого я когда-либо знала, — Эрна положила руку мне на плечо, словно привлекая в союзницы. — Но при всем своем уме, силе, таланте, он — мужчина.
