Маг удовлетворенно кивнул: на такие фокусы его сил еще хватало. Оставалось разобраться, что не так с домом Фрая. Сосредоточившись, мессир Кромб потянулся к его стенам магическими органами чувств и отшатнулся, обожженный ослепительным золотым сиянием.

Снаружи, по всему периметру, дом оказался украшен изразцами, на которых чаще других изображений встречался золотой единорог. В самом доме по стенам гостиной, под самым потолком проходила лента из причудливого орнамента все с теми же золотыми единорогами. Красовались они и на прикрывавших окна витражах.

— Раздери меня демоны, — прошипел Кромб. — Запрещающий знак!

Дом Проныры оказался защищен так надежно, что в него не сумел бы проникнуть и полный сил маг, что уж говорить о развалине, каким был сейчас Кромб.

Ему ничего не оставалось, как брать новый след.

Мгновение маг стоял неподвижно, потом, словно надломившись, согнулся, превращаясь в костлявого облезлого шакала. В этом обличье мессир Кромб был куда менее заметен, а кроме того, тратил меньше сил на поддержание своей жизни.

Поведя носом, шакал уверенно потрусил к окраине, в сторону конюшен Табриция. Его когти глухо постукивали по мостовой.

На ночлег отряд стал у небольшого озерца, круглого, как монета. Отстояв смену первым, Каспар передал пост эльфу и ушел спать, а утром проснулся от приглушенных, но полных страсти препирательств.

— Сыпь в котел все. Я сказал — все! — требовал Углук.

— Куда столько, оглобля зеленая? — не сдавался Фундинул. — Мы так за три дня все съедим, только о своей утробе думаешь! Только бы тебе жрать!

— Не ори так, а то разбудишь его милость.

— Уже разбудил, — сказал Каспар, поднимаясь.

Склонившиеся над булькающим котелком орк и гном пристыженно замолчали.

— Что вы там варите?

— Кашу, ваша милость, — сообщил Фундинул.

— Ага, из горстки пшенки, — вставил Углук. — Мы от такой жратвы ноги протянем и воевать не сможем. В настоящей каше должно быть сало и мясо. А здесь ничего нет — долой такого кашевара!

— Откуда тебе знать, что должно быть в каше, ты хоть раз сам готовил?

— Мне ни к чему готовить — я много раз ел!

— Хватит спорить. — Каспар потянулся и зевнул. — Сала можно положить, а солонину не троньте, она еще пригодится. Что-то я разоспался, привык дрыхнуть дома.

Когда еда была готова, Каспар разбудил Бертрана, а эльф открыл глаза сам, точно по сигналу.

Позавтракали быстро — Фундинул сварил хорошую кашу, и котелок опустел в считаные мгновения. Углук подобрал остатки куском хлеба и отправился к озеру мыть посуду. Вернувшись, застал небольшой переполох — все искали пропавшую лошадь.

— Но ведь я брал из мешка крупу всего четверть часа назад! — удивлялся Фундинул. — Она стояла чуть дальше других, но тут же редкий кустарник — все видно…

— Тут есть следы.