Может её в номер позвать? Хотя бы потискать.

— Ты когда в Красноярск летишь? — спрашиваю у Люды.

— Сегодня. Ой! Надо уже ехать мне! Через шесть часов самолёт!

— Проводить? — из вежливости предлагаю я.

— Не надо, я же с Давидом Саркисовичем лечу, он с багажом поможет, — отказывается Людмилка, вызывая у меня незаметный вздох облегчения.

Ехать я никуда на самом деле не хочу. Расстаёмся мы с подружкой (всё-таки подружкой) быстрым поцелуем в губы. Её инициатива. Настырная девка, надо с такой нос по ветру держать.

Иванова, подразнив своим роскошным телом комсомольцев из Прибалтики, ускользнула, оставив тех с носом. Ко мне тоже не пришла, а я может быть именно сегодня бы и не кочевряжился.

Завтра у меня после всех мероприятий намечена встреча с Власовым. Приезжал посыльный от него ко мне в гостиницу, передал записку. Из других важных дел у меня встреча днём со школьниками во Дворце пионеров, куда их собралась реально большая толпа. Но и я был не один. Группа ребятишек, с которой я провожу встречу, разнородна по возрасту и месту проживания. Меня представили почти всеми моими титулами, хотя, уверен, дети не всё поняли. Что им начальник отдела в горкоме? Вот боксер — это да! Да ещё чемпион Европы!

— Скажите, а вы были на Красноярской ГЭС? — терзает меня умненький рыжий мальчик лет десяти.

— А кто основал Красноярск? — вторит ему очкастая подружка тех же лет.

А я знаю кто? В отместку рассказываю им скучное повествование про декабристов.

— Скажите, Анатолий Валерьевич, а вы бывали за границей? — слышу я томный голосок модно одетой тощей девочки, усиленно старающейся строить мне глазки всю нашу встречу.

Пришлось рассказывать. Опять же делаю акцент на политически важные моменты.

— Так вот, датчане память о наших погибших там солдатах до сих пор хранят, памятники им ставят, — заканчиваю я своё повествование упоминанием о посещении острова Борнхольм.

— Мы тоже ходим на могилу неизвестному солдату. И у меня дед на войне погиб, — опять влез умненький десятилетка, интересующийся ГЭС.

— И у меня, и у меня, — раздаются детские голоса.

— А у меня дед жив! Я каждый год с ним на Парад победы хожу, — хвастается модная малолетка, пытаясь повернуться ко мне той стороной лица, где прыщей поменьше.

— Был бы у меня жив, я бы тоже ходил, — бурчит рыжик.

Меня как молнией стукнуло. Удивительное дело, почти три года тут, а только сейчас вспомнил про «Бессмертный полк». Эта инициатива мне всегда нравилась. Настроение у меня сразу поднялось, и встречу я завершаю на мажорной ноте, раздавая детям автографы. Даже телефон настойчивой красотки взял, написанный на клочке бумаги и сунутый мне тайком. Выкину потом, сейчас не хочу обижать.

На встречу с большим начальником я не опоздал, даже минут за пять раньше приехал, такси взял.