– Мне показалось, ты меня умоляешь с тобой переспать, чтобы чем-то заполнить скучный день. Извини, если я неправильно истолковал подаваемые тобой сигналы.

– Я хочу получить развод, – сказала Брук, отстраняясь от него и стараясь не обращать внимания на его жестокие слова. Она попыталась справиться со своим участившимся дыханием. – Я совершила ошибку, согласившись сюда приехать. Завтра же я уеду. Только сначала встречусь с адвокатами относительно завещания твоего брата и одновременно попрошу их подготовить соглашение о разводе, которое ты подпишешь. Я сознаю, что должна разрешить Энди регулярно видеться с его дедом, и согласна оговорить это в соглашении, если ты предпочтешь, чтобы это было оформлено юридически правильно.

Морган холодно посмотрел на нее.

– Я буду судиться с тобой относительно того, с кем останется Энди.

– Что?! – Брук не верила своим ушам.

– Ты меня слышала. Если ты начнешь оформлять развод, я потребую, чтобы Энди, как мой сын, остался со мной.

– Но ты же не считаешь его своим сыном! Ты никогда не признавал этого! Как ты можешь требовать, чтобы его оставили с тобой?

– Кроме тебя, никто понятия не имеет, что я отказывался от Энди. Что касается суда и моей семьи, то я впервые узнал о существовании мальчика два дня тому назад. Как, по-твоему, к этому отнесется судья?

– Ты этого не сделаешь! Ты не сможешь отнять у меня Энди. Тебе это не нужно.

– Смогу и сделаю. По-моему, адвокат сможет прекрасно сыграть на том, что ты почти два года прятала от меня моего сына. Я бы сказал, что у меня будут все шансы получить опеку.

– Твоего сына?! Ты угрожаешь мне, что признаешь Энди как своего сына?! – на Брук опять накатил приступ истерики: она все смеялась и смеялась и смогла остановиться, только прикусив губу до крови. Ощутив во рту соленый вкус крови, она едва выдавила из себя недоуменный вопрос: – Зачем?

Морган отвернулся, пожав плечами.

– Мой отец стар, болен и погружен в горе. Я считаю, что он имеет право провести последние годы со своим единственным внуком…

– Я спрашиваю не об этом. Почему ты так поступаешь со мной? С нами обоими?.. Ты прекрасно знаешь, что я не начну развода, если будет риск, что я потеряю Энди. Разве ты не хочешь стать свободным?

– Свободным… Да, это, конечно, прекрасная мысль. – Голос и лицо Моргана не выражали совершенно никаких чувств, находясь в полном противоречии со смыслом его слов. – Если ты не хочешь потерять Энди, то советую тебе привыкать к мысли о долгом пребывании в Кент-Хаузе.

– Мне невыносимо жить в одном доме с тобой! Невыносимо, слышишь!

– Вспомни, милая моя Брук: во время нашей недолгой супружеской жизни ты больше всего жаловалась на то, что меня никогда не бывает дома.