Сжимает в своих крепких объятиях. Целует и шепчет самые заветные для меня слова…
Просыпаясь, я даже чувствую, как будто он рядом. Вот только ушел, а постель еще хранит его тепло… И его запах, чуть уловимый, будто летает по комнате…
Иногда мне кажется, что я чувствую на себе его взгляд…
Пронзительный. Жаркий. Такой не спутаешь ни в чем…
А еще я скучаю по Дане. Что там у нее за история? Я видела по телевизору ее роскошную свадьбу. Такого великолепия я еще не видела никогда! Даже на самых роскошных приемах после выступлений!
Этот Арбатов красивый мужчина. Ослепительно красивый. Уверенный в себе. Богатый. Дана была права. В него можно влюбиться с одного взгляда!
И она выглядела на свадьбе просто королевой!
Правда, только я, наверное, как лучшая подруга, смогла понять, как ей на самом деле отчего-то грустно…
У нас с Маратом тоже все начиналось так ужасно! А какой обернулось любовью!
Очень верю, что и у Даны все получится намного лучше, чем кажется сейчас! Верю, что она еще будет счастлива!
Как всегда, я сижу у соседки.
Как вдруг живот пронзает какая-то резь.
– Это оно? Началось?
Боже! Это ведь не что-то плохое? С ребенком?
– А сама как думаешь?
Смеется соседка, красноречиво глядя на пол.
Я бы заметалась по дому, да не могу даже пошевелиться!
– Нянька с детьми посидит. Быстро в машину! Отвезу тебя! Где твоя сумка?
– В доме… У самого входа!
– Я мигом! Можешь идти? Давай. Обопрись на меня.
Люда доводит меня до машины.
Я уже похожа на шарик. Еле усаживаюсь на сидение.
Быстро бежит за моей сумкой.
Здесь недалеко…. Недалеко, – уговариваю себя, чтобы не впасть в панику. – Потерпи еще , малыш…
– Быстро! Носилки! В родзал!
Мы едва успеваем доехать.
Схватки уже начались. Дышу. Я дышу.
Ничего вокруг не замечаю. Вспышки боли пронзают меня раз за разом!
Кто-то держит меня за руку, и я изо всех сил цепляюсь за эту руку.
– Молодец, мамочка! Ох, какой богатырь!
Я не знаю, сколько прошло часов! Мы выезжали утром, а за окнами уже совсем темно! Мне кажется, что все это длилось целую вечность!
И вот наконец я слышу крик своего малыша!
Тянусь к нему обеими руками.
Мой малыш. Мой маленький… Но уже такой большой!
– Может, вы все же отдохнете? Роды были долгими.
– Нет! Дайте мне моего малыша!
Только сейчас замечаю, что моя рука не свободна. Ее до сих пор держит этот… Врач?
Слишком он высокий. И почему так пахнет вербеной?
Еще у него такие черные глаза… И они сейчас горят. Нежностью. Теплом… Надо же!
Он отпускает мою руку, и я беру своего сына.
Он тут же затихает. Чувствует маму.
– Моя любовь, – шепчу, укладывая его на грудь.
Он вылитый Марат. Ну точная копия.
Черные густые волосы. Такие же глаза, как у Марата! И взгляд. Такой цепкий!
Только вот он будет меня любить. Без всяких оговорок.
