Среди старообрядцев немало беспоповцев, что возмутительно и недопустимо. Вскоре они могут скатиться в чудовищные ереси, как английские квакеры или чего похуже. Зачем ходить далеко? Уже сейчас в России есть настоящие секты, вроде нетовцев[1], не признающих власть царя. И дальше будет хуже. А ещё многие тысячи сбежали в Польшу и за Дунай. То есть у католиков и магометан русским людям живётся лучше! Вот и объясните мне, что вообще происходит?

Голоса я не поднимал, а скорее, наоборот, в конце речи перешёл на шёпот, изрядно напугав часть собравшихся.

Меня просто трясёт от происходящего, и сегодня я не собираюсь сдерживаться. Думаю, прониклись даже откроенные тугодумы, вспомнив, что я могу повесить даже фельдмаршала.

— Но позвольте, Ваше Величество, — произнёс архиепископ Феофан, не побоявшийся мне перчить, — Что мы можем поделать? Ранее отступников казнили и ссылали, изымая имущество. Только это было бесполезным занятием. И Пётр Алексеевич приложил разумное решение. Кстати, часть заблудших возвращается в лоно матери церкви, пусть их и мало. Хотя надо признать, что в моей епархии не всё так благостно.

В Нижнем Новгороде раскольники сильны, как нигде. Их попросту больше среди свободных людей. Да и многие дворянские роды ранее их тайно поддерживали. Потому они и набрали такую силу. Не можем же мы снова начать преследования? Кроме многочисленных жертв, сие чревато потерями для государства. Купцы и прочие торговцы с судовладельцами платят немалые подати, которых казна может лишиться.

Если ты всё прекрасно понимаешь, так почему ранее молчал? Меня это раздражает более всего. Толковый и знающий человек видит, что староверы являются препятствием, перерастающим в угрозу.

Но я не припомню ни одного письма от архиепископов с предложением, как успокоить и даже разрешить ситуацию. То же самое касается чиновников, считающих, что всё само рассосётся. Просто поразительное разгильдяйство!

— Сначала надо думать, а затем действовать. Вы ведь понимаете, что перед нами возникла самая настоящая угроза для державы. И не надо прикрываться богом, мол, всё в его руках, — на лицах иерархов вновь проявилось недовольство, — Только помочь в этом конфликте можете именно вы.

Церковь его начала, значит, ей и заканчивать. И давайте постараемся обойтись без лишней крови. Мне нужна спокойная страна в преддверии войны с османами. Казнить подданных просто так — несусветная дикость. Люди не виноваты, что так произошло. Надо искать другие пути решения.

— Что вы предлагаете, Ваше Величество? У вас есть прожект выхода из этого тупика? — прервал молчание Гавриил Санкт-Петербургский, тоже не замеченный ранее в трусости.