– Не ухаживал, цветов не дарил, стихов не читал… сразу за тело хватать!
– Гейд… – Еле сдержался от смеха Вайдильс. – В этом мире другие правила. Здесь мужчины выбирают себе женщин и начинают ухаживать. Кто как умеет. Но самый предпочтительный вариант – сначала подарить цветы. Потом прочесть стихи. Потом подарить платок или украшение. Потом уже можно говорить о чувствах.
– А женщины? – подозрительно скривился магистр, оскорблённый таким варварским порядком.
– А вот женщины потом решают, отвечать на ухаживания или нет. В зависимости от многих обстоятельств, – объяснила Дисси.
– Дель, как принцессу, мы поселим в гостевых покоях, где жили эльфы. Пусть воины перенесут её вещи. И Мартину нужно сказать, что она переезжает, – решил король. – А Астра поднимется вот по этой лестнице, там на втором этаже точно такие покои, пусть устраивается, где хочет.
– Но там, где жили эльфы, ведь много места? – сообразила принцесса. – Пусть Астра поживет со мной, я все равно останусь тут, пока не проводим Дисси.
Решение пожить здесь еще десять дней пришло к Лародель внезапно и показалось таким заманчивым, что она немедленно за него ухватилась.
– Хорошо, – кивнул ей Дьерджес. – Кстати, отец, тебе, как королю, тоже лучше переехать в свои старые комнаты.
Вот сколько ненужных сложностей с этим королевством, с досадой вздохнул Айтерис, потом оглянулся на ожившего Ольвагиса и снова вздохнул. Сложности, сложностями… но если Ольв женится на Лародель… это будет самая выгодная их операция. Хотя… если по большому счету, дело вовсе не в выгоде. Когда объединяешь в один клубок тела и магию, настроение каждого из них становится достоянием остальных.
Это его, Айтериса, заветная мечта, дать всем воинам способность превращаться в фэй. Они и так живут в десять раз дольше, чем люди, но их слишком мало, чтобы быть народом. А входя в фэй и обмениваясь кровью, каждый получает порцию молодости.






