— хмыкнул Николай Третий. — Только младшего, который бунт в Измайловском полку хотел устроить. Князь Гагарин и наследник просто сильно контужены. С ними мы разберёмся. Не переживай.
— И что теперь? — я тупо уставился на него.
— А теперь Михаил Николаевич нас в своём доме угостит чаем. Да, Михаил Николаевич?
— Да, Государь. — кивнул дед.
— Тогда идите потихоньку в особняк Пожарских, мы вас догоним. И, кстати, Алексей, всё имущество Гагариных теперь твоё. Мы проследим.
Когда мы уже подходили к воротам особняка, дед решил нарушить молчание:
— Да, Лёшка, теперь имущество Гагариных твоё… — хмыкнул он, повторяя слова другого моего деда. — Богат, как Крёз!
— И что изменилось? — поинтересовался Прохор. — Он и до этого был не беден…
— Это да… — князь Пожарский и не подумал убрать с лица ухмылку. — А сейчас так вообще!..
* * *— И как вам? — поинтересовался в «Газели» Император у своих родичей, фактически являвшихся на сегодняшний день Советом Рода.
— Так нас всех зацепило! — высказался Великий князь Владимир с плохо скрываемым восторгом, а все остальные закивали. — Самый настоящий «Царский гнев»! У кого-то будут вопросы, сомнения? — брат Императора посмотрел на своих сыновей и обоих племянников. — Вопросов нет. Когда будем вопрос решать официально, Государь?
— Завтра, утром. — ответил Николай Третий. — А сейчас к Пожарским в особняк едем, уважение надо проявить за воспитание достойного Романова! Сын, — обратился Император к наследнику престола, — серьёзный разговор у нас тобой впереди. Будем обсуждать подготовку и итоги сегодняшних мероприятий. А сейчас будь аккуратнее! Алексей парень не простой! Это и вас касается, племяши!
Глава 2
Когда мы зашли во двор, дед развил бурную деятельность:
— Быстро всё проверь! — приказал он Владимиру, начальнику охраны особняка. — Здесь Император и остальная семья через пять минут будет. Передай в дом, пусть большую гостиную готовят! И чтоб не пылинки и соринки!
Потом дед приказал поставить все машины в гараж, даже свою «Чайку». Потом очередь дошла до домика охраны на воротах и внешнего вида самих охранников:
— Так. Заново заправились и застегнули все пуговицы! — команда была незамедлительно выполнена под суровым взглядом Главы Рода. — Нормально. Теперь ворота открывайте. — он вышел из домика и дождался, пока распахнут ворота. — Один внутри, — он указал на домик, — трое к воротам, греческие статуи изображать будете.
— Деда, а что за «Царский гнев»? — спросил я у него, когда он немного расслабился.
— А это тебе, Лёшка, пусть Романовы сами рассказывают. — усмехнулся дед. — Это способности вашего Рода. И тебе, Прохор, на эту тему с Его Императорским высочеством разговаривать запрещаю! — он посмотрел на моего воспитателя.
