— Отец, просто Сашка сказал про прадеда Александра Первого… — чуть замялся Великий князь. — Вот я и…
— Понятно. — протянул Николай Третий. — У Прохора спросите, а нас, молодёжь, оставьте в покое! — они отвернулись, и продолжили негромко о чём-то разговаривать.
Теперь Прохору было не отвертеться, и пришлось ему в подробностях рассказал о своём «лечении». Потом наступила моя очередь. В двух словах я описал всё, что видел, чувствовал и исправлял, заметив, как к нам тихонько присоединяются все три присутствующих здесь моих деда.
— Алексей, я готов! — заявил дядька Константин, когда я закончил. — Хоть этих, наконец, побью! — он указал на старших Владимировичей. — И этих! — имелись ввиду Николаевичи.
— Цыц, молодёжь! — вмешался Император. — Всему своё время! Давайте-ка уже по домам, завтра трудный день. А мы посидим ещё втроём, по-стариковски… Александр, довези сына с Прохором до Жуковки.
Всю дорогу мы молчали, только в конце, когда обычная «Нива» заехала на территорию поместья Пожарских, отец поинтересовался:
— Обижаешься на меня, Алексей?
Я, сделав над собой усилие, ответил:
— Дай мне время. Слишком всё неожиданно…
— Хорошо. — кивнул он и протянул мне руку, пожав которую, я вышел из машины.
Уже когда мы с Прохором поднялись на крыльцо, мой воспитатель меня похвалил:
— Молодец, Лёшка! Вёл себя достойно! Вот и дальше постарайся вести себя так же. Будь достоин фамилии Романовых и Пожарских!
Ещё на входе мы услышали громкий женский смех, несмотря на то что был уже двенадцатый час ночи. Когда же зашли в гостиную, поняли его причину — пьяненькие Леся с Викой вышагивали перед сидящим на диване Сашкой Петровым в нарядах пятидесятых-шестидесятых годов. Если Леся сделала себе высокую причёску, и была одета в чёрное платье с пышной, летящей юбкой, которое оставляло открытыми плечи, то вот Вика щеголяла в безразмерной яркой рубашке, частично заправленной в шорты из обрезанных джинсов, огромных очках и бандане.
— Мальчики вернулись! — увидела нас Вика. — У вас всё нормально? А где Михаил Николаевич?
— Да, мы вернулись. У нас всё хорошо. Михаил Николаевич задержится в городе. — по порядку ответил Прохор. — А вы чем занимаетесь?
— Нам Наталья вещи из старого гардероба принесла. — заявила Леся. — У нас костюмированная вечеринка! Посмотрите! — она указала на стол, который был весь усеян набросками женских нарядов.
— Еле за ними успеваю! — указал пьяненький Петров на наброски. — Вика уговорила меня написать её портрет, сейчас выбираем образ…"
"Твою же мать… Я мысленно схватился за голову.
