— Ну, мне же не показалось? Ты вообще не разговаривал с Денисовым.

— Мы уже давно с ним всё обговорили.

— Значит, ревнуешь, — лукаво заглядываю в глаза.

— К этому пивному животу? Тебе нравится такое? — смеётся он.

Хохочу, представляя, что могла сейчас быть на месте его Ирины.

— Мне нравятся твои кубики. Ты же прекрасно знаешь.

Влад неустанно следит за собой. Хоть камни с неба, а у него три раза в неделю тренажерный зал, пять дней в неделю утренняя пробежка в любую погоду и бассейн в свободное время. Он совершенно не изменился с нашей первой встречи, разве что только ещё больше возмужал, и на лбу и в уголках глаз появились несколько морщинок.

А так всё тот же красавец с тёмным порочным взглядом. С той только разницей, что эти глаза смотрят только в мою сторону. И каждый раз, прокручивая нашу с ним жизнь, я понимаю, что, если бы у меня была возможность отмотать и начать заново, я бы прожила всё именно так, не поменяла бы и дня. Иногда наихудшие события оказываются для нас спасением или приобретённым счастьем. Просто понимаем мы это только спустя какое-то время.

Мы с Калиниными уезжаем в рядах первых гостей, покидающих праздник.

Марине позвонила старшая дочь, что малышка расплакалась и требует родителей, а у меня на этот вечер ещё планы.

— Так что ты там придумала? — спрашивает Влад в темноте машины.

— Можно тебя кое о чём попросить?

— Всё, что хочешь, — заговорщически понижает голос он.

— Ты можешь закрыть пляж? Я хочу поплавать в ночном море, а потом заняться сексом в том бунгало.

— Хм, хорошая идея, — глаза темнеют от страсти.

Когда мы приезжаем в яхт-клуб и заходим на территорию пляжа, я расстраиваюсь.

Море покрыто барашками, здесь внизу чувствуется ветер, начинается шторм.

— Да уж, поплавать не получится. Даже в воду зайти страшно.

— Ты что, забыла кто я? — улыбается Влад — Это же моя стихия. Раздевайся.

Сам снимает костюм, рубашку, и в одних боксёрах заходит в море. Я стою и не решаюсь даже раздеться. Туча скрыла луну, в темноте ночи мне едва видно очертания Влада, купаться в лёгкий шторм весело днём, а ночью дело опасное.

— Эй, не дрефь, заходи, я не дам тебе утонуть, клянусь.

Верю, раздеваюсь, и в одном белье иду к нему.

Волны окатывают меня с головой, бьют в лицо, идти против наката тяжело. Влад ловит меня, усаживает на себя и целует. Я крепко цепляюсь за его шею, дрожу, мне страшно, нас периодически накрывает вода, и норовит унести в сторону, но она тёплая и освежает. Влад крепко стоит на ногах, спускается губами по моей шее. Нас штормит от волн и ощущений. Когда очередной поток солёной воды обрушивается на наши головы, мы хватаем ртом воздух, и он снова врывается мне в рот.