Архэ

Но с положенными атрибутами, как то: пара-тройка деревьев с пожелтевшими листьями на каждой улице (и ни одного листика под самими деревьями, потому что убирают моментально), мокрые от дождя дороги (но ни одной лужи, потому что всё сделано так, чтобы не было луж), легкая прохлада (чтобы можно было ходить в модной расстегнутой куртке), и небольшая облачность (но обязательно с прогалинами в облаках для солнца, призванными создавать оптимизм). Идеальная осень. Из учебника «Классическая осень в мирах человеческой принадлежности», как сказал Скрипач. Дальше будет классическая же зима — со снегом в строго отведенных местах, и с «грелками» повсюду, чтобы никто, ни дай мироздание, случайно не замерз.

— Зато комфорт, — пожал плечами Ит. — И как же хорошо, что мы тут ненадолго.

…Немногим позже пришло долгожданное сообщение от Даши, а затем и сама она вышла на связь — чему несказанно обрадовались Ит и Скрипач. Говорили недолго, строго по делу, и на протяжении всего этого разговора Пятый с Лином жадно всматривались в лицо девушки, не рискуя, правда, вмешиваться в беседу. Но Даша, которая, разумеется, уже обо всём знала, сама попросила их поговорить с ней.

По ее словам, у неё внезапно появилось двое молодых дедушек, и чего вы там оба сидите, хоть поздоровайтесь со мной, это ведь не сложно?

— Какая она красивая, — сказал Пятый, когда разговор закончился. — И так похожа… на всех. На Фэба, на Берту, на тебя…

— Она чудесная, — Ит улыбнулся. — Очень жаль, что дети так быстро вырастают. Кажется, вот буквально вчера ты впервые взял на руки кулечек, когда из роддома уезжали, а теперь сидит красивая взрослая девица, которая уже очень скоро станет умнее тебя, и будет, как Маден, выдавать «ты ничего не понимаешь, папа».

Мозги у девчонок Бертины. Это, знаешь ли, ого какие мозги.

— А она замужем? — спросил Лин с интересом.

— Собирается… кажется, — пожал плечами Ит. — Нам, знаешь, не докладывают. Видимо, потом поставит перед фактом.

— А Вера, вторая дочка, она… — начал Лин.

— А она замужем уже, за Витькой, вторым сыном Ри, — невозмутимо ответил Скрипач. — Да, да, не делай большие глаза. Они с детства за ручку ходили, так что ничего удивительного. Жалко только, что свадьбы не было, но… это и потом можно исправить. Как захотят, сделают.

Верусик у нас тоже боевая, надеюсь, позже и она на связь выйдет. Сам увидишь…

Проговорено в эти дни было многое — все они сейчас стремились передать друг другу максимум того, что ощущали и знали, делились тем, чем необходимо было поделиться, потому что разлука, скорая разлука уже стояла на пороге, а передать и рассказать следовало многое, очень многое. Ведь непонятно пока, получится ли часто общаться дальше, и когда еще будет можно поговорить вот так, откровенно, и о том, о чем говорить порой физически больно.