У дядюшки возникли какие-то проблемы с бизнесом, поэтому я приняла решение, что пора бы начать самой зарабатывать, чтобы иметь возможность хотя бы оплатить свои расходы. Но если вся эта ситуация с поклонником не разрешится, то, наверное, всё-таки придется написать заявление об уходе.
- Всё не хмурься, - Рита поднялась со стула, подошла ко мне и приобняла за плечи. – Я тебя в обиду не дам. Раз уж так пугает тебя всё это, то просто не бери эти веники и не проси Бульбу вернуть их. Игнорируй. Раз принесут, второй, а потом перестанут, если никакого отклика с твоей стороны не возникнет.
- Попробую, - я улыбнулась, неотрывно глядя в изумрудные глаза Риты.
Она хорошая женщина. С первого дня, как только я устроилась сюда работать, она подбадривала меня и поддерживала.
Свет софитов уже привычно слепил глаза. Так всегда бывает первые несколько секунд, потом привыкаешь, правда, ничего дальше небольшой круглой сцены не видишь, только силуэты, сидящих в зале гостей. Несмотря на то, что я немного переживала, это никак не влияло на мою работу.
Конечно, потом после выступления немного дерёт связки, потому что приходиться петь не одну или две песни, а где-то с десяток. Но в целом, мне нравилось то, что могла зарабатывать с помощью любимого дела.
После завершения выступления, я промокнула салфеткой свой влажный лоб и быстро сошла со сцены. Хотелось жутко пить. Я практически уже дошла до гримерки, когда меня внезапно взял за руку Бульба. Он уже держал очередную корзину с розами и какую-то маленькую бархатную коробочку.
- Не нужно, - я отрицательно покачала головой.
- Мне велено передать, - администратор протянул коробочку.
- Нет, - я увернулась от подарка, будто от открытого огня.
- Кира, - шикнул Бульба. – Бери. Не играйся со серьезными людьми.
- Я ни с кем не играю, но мне это не нужно.
- Что тут уже произошло? – к нам подошла Рита. – Зачем девочку за руки хватаешь? – подруга освободила меня.
- Вы тут все сговорились? – Бульба был тучным мужчиной с вечно красными щеками, которые сейчас стали багровыми от возмущения.










