Три, максимум четыре века спустя оба твоих мужа состарятся и уйдут, оставив тебя всё такой же молодой. Они твоя истинная любовь и ты не сможешь их кем-то заменить, потому ты обречена страдать целые тысячелетия без них.
Меня словно окатили ледяной водой. А ведь я даже не думала об этом из-за привычки считать годы на человеческий манер. Теперь у меня кровь застыла в жилах от понимания: Эрик и Арон состарятся гораздо, гораздо раньше меня.
— Нет… я не хочу…, — срывается с моих губ отчаянный шёпот.
— Понимаю, — кивает Арин'Нуро и мягко добавляет, — поэтому дарую тебе это.
Морда оленя оказалась совсем близко, и он выдохнул прямо на меня. Прохладный ветер закружился вокруг, но при этом в груди словно вспыхнул огонёк. После этого резко защипало руки, и, вскинув обе ладони, я увидела, как печати засияли ярче, но лишь на мгновение. Спустя пару ударов сердца метки стали прежними. С первого взгляда они не изменились, но присмотревшись, я заметила новые символы, линии и завитки.
— Теперь жизни внутри вашего триумвирата уравнялись по самому долгоживущему существу. — Пояснил свой подарок хранитель, чем вызвал настоящий дождь на моих щеках.
— Спасибо, — неотрывно глядя на ладони благодарила, глотая слёзы, — я так благодарна…. — И это правда. Арин'Нуро уже получил, что хотел и не обязан был помогать мне, раз уж я сама не удосужилась чуть больше внимания уделить условиям нашей сделки.
— Вытри слёзы, кроха. — Прозвучал добрый голос, что постепенно стал отдаляться. Подняв голову, увидела, как величественный олень из тумана медленно уходит. Однако прежде чем соскользнуть с яруса с садом он повернулся, чтобы сказать: — Тебя ждёт долгая, счастливая жизнь, если конечно ты удержишь своего старшего мужа подле меня.
Шмыгну, пропустила шутку мимо ушей и, глядя на то, как Арин'Нуро вновь растворяется туманом, тихо прошептала:
В покои возвращалась как можно медленнее, чтобы успели высохнуть слёзы на ресницах. Заодно обдумывала, как бы мне привязать Эрика к Туманным землям. Раз я умудрилась найти ему такого телохранителя, то и уговорить его точно смогу. Но как всегда пришлось импровизировать, потому что едва я шагнула в спальню, она озарилась светом.
Оба мужа были сонными, но уже в халатах.
— Сладкая, — начал Арон, устало ероша свои карамельно-рыжеватые пряди, — ты хоть кого-то из нас буди, если собралась погу…, — он прервался, присмотрелся и тут же оказался рядом. — Ты что, плакала? У тебя что-то болит?
Эрик тоже вмиг появился рядом, не дождавшись, ответила, прикоснулся ко мне, к чему-то прислушиваясь.
— Со мной всё нормально, — заверила я, но тут же сориентировавшись, добавила, — физически.
— Тебя что-то беспокоит? — серьёзно спросил Эрик, гладя меня по щеке.
