Марианна невольно отступила на шаг, другой… Она никак не могла решиться выстрелить. Словно какая-то сила, более могущественная, чем ее воля, парализовала ее руку. Может быть, ее ошеломил ужас и сам Маттео, с конвульсивно подергивающимся лицом, черным одеянием и сбитыми до крови руками, похожий на извергнутого преисподней демона. Марианна чувствовала, что силы покидают ее. Она еще отступила, пытаясь нащупать свободной рукой вход в тоннель, но, очевидно, она отклонилась в сторону, и сзади были только трава и листья.
Она хотела крикнуть, но крик замер в ее горле. Послышался подобный раскатам грома грохот, и с другой стороны прогалины, из зарослей, появилось фантастическое видение. Большая белая лошадь, несущая черного всадника, который с поднятым хлыстом обрушился на Маттео и показался молодой женщине сказочным великаном.
Марианна так никогда и не узнала, сколько времени она провела в беспамятстве. Когда она открыла глаза с ощущением избавления от бесконечного кошмара, она увидела, что лежит на кровати в своей комнате, и ей, еще сонной, показалось, будто действительно все это приснилось. Снаружи доносился шум ветра, но больше ничего не было слышно. Конечно, это был только сон: комната Агаты, прогалина, борьба с безумным Маттео, ужасный всадник на Ильдериме, – и она почувствовала глубокое облегчение.
В этот час Агата должна еще мирно спать в своей постели, не ведая о той роли, которую она сыграла в ночной фантазии ее хозяйки.
Чтобы окончательно прийти в себя, Марианна хотела встать и освежить лицо водой.
