Или шесть? Это шесть? Или восемь? Непослушные пальцы нажимали совсем не те кнопки, что ей было нужно. Или те? Она не помнила ни одного номера! Господи...
- Послушайте, у меня не так много времени, - следователь, конечно, был намного приятнее задержавшего ее мужика, но и его терпение было не безграничным. Он подгонял ее и давил. И от этого давления Алена никак не могла сосредоточиться и вспомнить последовательность цифр. Ее грудь нервно вздымалась, она с отчаянием хватала воздух, но того все равно было мало. Слезы бессилия подступали к глазам. Страх прокатывался по телу волнами.
- Сейчас... Одну минутку. Я вспомню!
- Здравствуйте! Можно Артема?
- Артема? Не знаю никакого Артема!
Гудки... Женщина на том конце сбросила вызов. Алена сглотнула. Бросила на наблюдающего за ней следователя еще один наполненный отчаянием взгляд:
- Можно я попробую еще раз?
И снова мимо! Аленой завладевала истерика. Она принялась набирать цифры в другой последовательности. И еще, и еще... Всхлипывая, утирая нос ладонью. Дедушка бы сказал, что это неприлично. Но прямо сейчас ей было все равно!
- Я должна предупредить... - бессвязно бормотала она, - Понимаете, Венька сильно расстроится, если я задержусь. Он очень напуган.
- За ним присмотрят специалисты органов опеки.
- Какой еще опеки? - застыла Алена.
- Я же вам сказал. Ребенка у вас изымут. - следователь раздраженно отбросил ручку. - Вы вообще понимаете, что я говорю?
Изымут... - эхом прокатывалось в ушах. - Изымут...
- Кир. проводи дамочку в камеру.
- Но я так и не позвонила! — опять закричала Алена, и на этот крик, кажется, ушли ее последние силы. Когда тот самый Кир, заломив ей руки, подтолкнул к выходу, она уже не сопротивлялась. А может. и хорошо, что ее охватило оцепенение? По крайней мере, в нем она не заметила непотребного вида камеры. Пятен на комковатом матрасе. И туалета, никак не огражденного от остального пространства. Она не заметила ни-че-го. Забилась в угол. Обхватила колени ладонями и сидела в полнейшем шоке, покачиваясь туда-сюда.
Может быть, прошел день. А может, неделя. Кто-то появлялся в камере, кто-то уходил. Удивительно, но для некоторых в пребывании здесь не было ничего нового. Например, две размалеванные девицы даже шутили. Алена не сразу поняла, что это жрицы любви. Кстати, ужасно милые девушки.
- Ефимова! На выход.
- Эй! Начальник! А когда нас выпустят?
- Когда ты исправишься, грязная девчонка.
Со жрицами любви менты, надо заметить, вели себя намного лояльнее.
«Наверное, те были их давними знакомыми», - отстраненно подумала Алена.
- Ефимова! - теряя терпение, повторил мент.
- Эй! Аленка! Это тебя, ты че, не слышишь?!
- На выход. За тобой приехали.
Приехали? За ней? Алена встала на нетвердых от долгого сидения в одной позе ногах. Покачнулась. Одна из девиц бросилась ее обнимать.
