— Фабиана, таким шикарным волосам требуются украшения, — заявляла миссис Шелби и, усадив меня к себе на колени, расплетала косички, сделанные няней, и закалывала черные густые волосы перламутровым гребнем или шпильками со сверкающим горным хрусталем.
— Спасибо! — Я благодарно прижималась к щедрой женщине. Стоит ли говорить, что я очень их любила, а их дочь Анну-Луизу, мою ровесницу, просто обожала. Мы проводили много времени вместе, занимались музыкой, гуляли в парке с няней, ни дня не проходило без встреч и игр. Но однажды моя маленькая подружка не пришла, я ждала ее на следующий день, но она вновь не появилась. Я спросила у отца, не забыла ли меня Анна-Луиза, а может, нашла другого друга?
— Папочка, что я сделала не так? Почему Ани больше меня не навещает? — вздыхала я.
— Просто Анна-Луиза сильно простудилась и заболела, — пряча глаза, отвечал папа.
— Скоро она поправится? — продолжала расспрашивать я, даже порывалась отнести ей банку малинового джема, которую стащила в буфете на кухне, ловко приставив табуретку. Но няня не пустила.
В один из последующих дней я скучала одна на скамейке в нашем саду. Ни погожий ясный день, ни новая книжка с картинками не радовали меня. Хотелось поскорее показать ее моей дорогой Ани.
— Фабиана! — тонкий девичий голос заставил меня поднять голову.
— Ты пришла! — Я обрадованно спрыгнула на землю и побежала к подруге, даже не заботясь о том, что получу нагоняй за вытоптанную клумбу.
— Я болею, — грустная Ани склонила головку набок.
Мне стало так жаль ее! Подружка сильно изменилась: осунулась, под глазами темные круги, черты некогда кукольного личика заострились.
— Но тебе же лучше, — возразила я, — раз миссис Шелби отпустила тебя ко мне.
— Матушка спит, она так горько плакала весь день. Доктор Хейл дал ей сонного порошка, чтобы она немного отдохнула.
— Ани, смотри, какую книгу мне подарил Кайл! — Я протянула руку, чтобы ухватить подругу, но та сделала шаг назад, не позволяя коснуться ладони.
— Мне пора уходить. — На бескровных серых губах появилась улыбка.
Я закричала, пытаясь остановить девочку, но Анна-Луиза быстро ушла, оставив меня одну. А на следующий день я узнала, что утром того дня она скончалась. Воспаление легких дало сильное осложнение. Ее родители вскоре покинули наши края и, кажется, расстались. Они не смогла найти утешения друг в друге, любовь не победила боль.
С трудом стряхнув с себя груз навалившегося прошлого, я очнулась и поняла, что мы больше не движемся. Карета стояла на месте, а это означало, что мы добрались до поместья Блэкстоун.
Кучер отворил дверцу и протянул руку, предлагая мне помощь. Несмотря на поздний вечер, я без труда смогла внимательно разглядеть старинный дом.
