«Она совершила столько всего, что достаточно для двоих» — так будут говорить…

Анге невольно улыбнулась. Подотчетные ей отсеки она уже обошла, можно было возвращаться. Но рядом был ангар, а там, кажется, работал Криди… хотя он наверняка закончил все раньше, но вдруг…

Анге открыла люк и вошла.

Криди был в отсеке. Сервисный люк в хвосте одного из челноков был открыт, Криди как раз поднимал его, намереваясь водрузить на место. При виде Анге он замер, хвост нервно затарабанил по полу.

— Ты проверял челнок? — удивилась Анге. — Что-то случилось?

— Да, осталось время, решил проверить, — быстро сказал Криди. — Сейчас…

— Давай помогу, — сказала Анге, подходя. И остановилась, заметив среди плотно уложенных трубопроводов и кабелей небольшой черный контейнер, которого тут не должно было быть. — Что это?

Криди печально смотрел на нее.

Анге сделала еще шаг, разглядывая контейнер. Тот был как раз на уровне ее лица. Черный пластик размером с пару ладоней, почти плоский и мягкий — он окутал собой трубки подачи горючего, будто его обмяли вокруг них. Из контейнера торчала длинная металлическая спица.

— Это похоже на бомбу, — в ужасе сказала Анге. — Криди! Тут заложена бомба! На корабле все-таки есть террорист!

— Какая же ты все-таки дуреха, обезьянья дочь… — сказал Криди. И, бросив люк, прыгнул на Анге.

Его лапы сжались на ее горле.

Анге повалилась — притяжение было слабым, и она падала медленно, как во сне. Криди наваливался сверху, глядя ей в глаза.

«Я дурра, — подумала Анге. — Я дура, дура, дура… Террорист есть… но террорист не человек… Террорист — кот!»

В глазах у нее потемнело, и девушка почувствовала, как сознание уплывает куда-то вдаль.

Двести шесть — пять с любопытством наблюдал за плавающими в аквариуме рыбками. Когда он стоял повернувшись спиной, без выглядывающей из лба головы симбионта, его легко можно было принять за человека.

— У нас дома тоже есть прирученные водные животные, — сказал он. — Они немного крупнее и живут в пруду. Возможно, стоит задуматься о прозрачном жилище внутри моего дома. Это хорошая идея.

Он постучал пальцем по стенке аквариума — рыбки вначале прыснули в стороны, потом поплыли к источнику звука.

— Прямо как мы в аквариуме, — сказал Двести шесть — пять. — Это мнение лучшей части меня.

Каким именно образом общаются симбионты Феола, никто точно не знал. Для этого, вероятно, надо было впустить червя в свой организм. Желающие были, среди людей всегда находятся желающие странного и отвратительного, но такой симбиоз был невозможен. Сами Феол объясняли процесс общения как обмен образами. Учитывая явную примитивность мозгового паразита, не имеющего полноценного самостоятельного разума, это еще более запутывало вопрос.