Шестнадцать против трехсот

Внутри глухо рвануло, корпус порвало, как картонную коробку, «КПВТ» упал, башня деформировась, люки отлетели в стороны, машина взялась огнем.

— Есть такое дело! — проговорил Тимнев.

Боевики, что шли за броней, яростно взревели и ударили со всех стволов по «колодцу». Отбросив гранатомет, Тимнев схватил автомат, дал несколько очередей. С востока прогремело три взрыва.

Не отвлекаясь от своего сектора, Тимнев спросил Ефремова:

— Что там на плато, Сережа?

— Пикапы подорвались. Ломанулись напролом к высоте и налетели на мины. Три подорвались, два рванули на юго-восток.

Пуля скользнула по шлему Ефремова.

— Твою мать, — выругался старший лейтенант и залег рядом с Тимневым.

— Интересно, что сейчас на левом фланге?

А на левом фланге в бой с боевиками вступили капитан Краев со старшим лейтенантом Ивазовым из «колодца» КНП батальона при поддержке капитана Касатко и старшего лейтенанта Маслака. Касатко стрелял из «Печенега» «Тигра», Маслак на месте водителя маневрировал бронемашиной, дабы не попасть под выстрелы вражеских гранатометов, которые пока не проявлялись, но могли у них быть. Краева пытался вызвать на связь командир группы, но капитану пришлось дать сигнал отсрочки переговоров.

Остатки банды начали перегруппировку, стараясь зайти в «мертвую» для «Тигра» и «колодца» зону. Краев и Ивазов стреляли, уже на пределе контролируя бандитов.

Ивазов взглянул на Краева:

— Не перекроем «духам» проход к ближней высоте, они окажутся в десятках метров от нас.

— Я не предлагаю, я делаю!

Старший лейтенант выскочил из «колодца» и залег за небольшим валуном. Ему удалось отогнать боевиков от высоты сто шесть и пять, но пулеметная очередь задела руку.

Хлынула из раны кровь, очевидно, перебиты кость и вена. Краев под огнем боевиков прыгнул на открытый участок, подхватил Ивазова и потащил к «колодцу». Недалеко взорвалась граната. В глазах капитана вспыхнул огонь, по голове, казалось, ударили молотом. Получив контузию, Краев все же затащил раненого друга на КНП под прикрытием «Тигра». Капитан усадил Ивазова к стене, срезал рукав, перетянул жгутом предплечье, остановив кровь и уложив сломанную руку на вырванную из табурета дощечку.

— Ты потерпи, Назар! Кровь остановили, кость срастется.

Я Айболита вызову.

— Нормально все, Слава! Ты «духов» бей!

— Все будет как надо.

Появление «Тигров» и массированный огонь из «ПКП» и «АГСа» сразу выбили из разведгруппы боевиков половину людей, в том числе и командира Арифа Пирани. Гибель главаря и большие потери внесли суматоху в ряды разведчиков. Командование на себя никто не взял, и они залегли за укрытиями, ведя слепой огонь по направлению. Для южного фланга это оказалось губительным. Гранаты автоматического гранатомета разнесли и укрытия, и боевиков.