Занятые праздной болтовнёй посетители за соседним столом при одном только взгляде на него принялись ахать и охать:

– Да это же… Это же…

Обернувшись, Шэнь Цинцю убедился, что это были те самые стражи, которых он спас в ту ночь, когда вылез из земли. Тот, что увидел его первым, принялся застенчиво мямлить, не в силах назвать его по имени, и Лу Лю поспешил прийти на помощь товарищу:

– Так это вы, господин Цзюэши!.. – Вторую часть имени он намеренно пробормотал максимально неразборчиво. Товарищи поспешили последовать его примеру:

– Приветствуем старейшину Цзюэши!..

Шэнь Цинцю кивал в ответ на приветствия, приняв твёрдое решение незамедлительно разжиться иным никнеймом. Наконец Ян Исюань не выдержал:

Пару раз кашлянув, Шэнь Цинцю пробормотал что-то столь же невнятное, подражая доблестным пограничникам:

– Да, именно… – Мог ли он знать, что после того, как он годами как ни в чём не бывало использовал этот логин, ему в один прекрасный день станет за него неловко!

Наконец, придав лицу серьёзное выражение, он изрёк:

– Прошлой ночью адепты из многих школ видели меня в пещере Чиюнь. Едва ли мне теперь удастся сохранить это происшествие в тайне, и всё же я призываю вас по возможности не распространяться о нём. Лучше всего будет, если вы вовсе не станете обо мне упоминать.

– Но почему? – изумился Ян Исюань. – Старейшина, разве вы не говорили, что близко знакомы с моим учителем?

– Можно сказать, что мы и впрямь неплохо знаем друг друга… – вынужден был признать Шэнь Цинцю.

К его немалому облегчению, от этого щекотливого вопроса его избавили спасённые им стражи, возобновив прерванное обсуждение.

– Кстати говоря, Лю-гэ, – начал один из них, выплёвывая шелуху от тыквенных семечек, – ты ведь тогда так и не рассказал нам, какое же объяснение происходящему представляется тебе более правдоподобным?

– О, это крайне любопытная версия, – тотчас оживился Лу Лю. – Сдаётся мне, она возникла в кругу вовлечённых лиц, а затем принялась гулять по свету. Стало быть, эти Ло Бинхэ и Шэнь Цинцю…

При этих словах сердце последнего болезненно ёкнуло. Невольно выпрямившись, он весь превратился во слух – даже движения веера замедлились. Ученики с хребта Цанцюн также не смогли удержаться от того, чтобы не покоситься в ту сторону.

– Так вот, Ло Бинхэ приходился учеником Шэнь Цинцю, так ведь? – Отпив чай, начал Лу Лю. – Поскольку он ведёт своё происхождение из низов, в юные года ему пришлось снести немало бед и унижений. И даже после того, как он вошёл в число учеников хребта Цанцюн, им какое-то время пренебрегали – поговаривают, что тогда он регулярно подвергался побоям и издевательствам со стороны товарищей. Однако в дальнейшем, по счастью, Шэнь Цинцю оградил его от этих посягательств, окружив вниманием и заботой.