Я шёл по невысокой траве мимо полуразвалившейся крепостной стены, а перед моим внутренним взором вставали сцены средневекового боя, когда один-единственный человек, обладая практически неограниченной мощью, долгое время сдерживал целую магическую армию. И не просто сдерживал, а вполне успешно противостоял ей и сокращал её.

Понятное дело, что человек такой силищи не отдаст секретные знания просто так. А это значит, что?

Я полагал, что искать библиотеку в замке смысла нет по той простой причине, что она в любом случае была перенесена оттуда давным-давно. Откуда я это знал? Просто именно так сделал бы я.

В груди вновь появилось тепло. Ага, эфирная звезда чувствует родные места? Или хочет мне что-то подсказать.

За последние месяцы я уже чётко научился следовать едва заметным ориентирам, которые для любого другого были бы неочевидны. Но в данном случае всё гораздо проще и понятней. Тепло эфирной звезды чуть ли не тащило меня вперёд. Я решил довериться ему и закрыл глаза.

— Ты не упадёшь? — спросил меня Штопор, который вылез погулять на травку, и теперь с беспокойством поглядывал на меня. — У тебя же только две ноги пока.

Я приоткрыл один глаз, словно щурился от солнца, и глянул на фамильяра. Тот вышагивал рядом с серьёзностью двенадцатилетнего пацана, которому, на его взгляд, доверили что-то глобальное.

— Я аккуратно, — пообещал я ему и снова закрыл глаза.

И тут перед моим внутренним взором встала сцена, которую я видел в свой самый первый сон с видом на замок Кастелло дель Бокалле, хотя я тогда называл его просто Сан-Донато. Женщина со свёртком в руках, спускающаяся по лестнице, вырезанной прямо в замке. Или в скале, на которой он стоял.

Открыв глаза, я практически без всякого удивления увидел перед собой заросшие, едва видимые ступеньки. Возможно, было бы сейчас лето или осень, они оказались бы скрыты растительностью, но сейчас я видел спуск.

— Будь осторожен, — сказал я Штопору, семенившему следом. — Тут крутые ступеньки.

Он посмотрел на меня, как на сумасшедшего, а затем я посредством эмпатии ощутил, как он улыбнулся в душе.

— Ты меня разыгрываешь, — утвердительно сказал он. — У меня же восемь лап, мне всё равно. Я хоть по вертикальной стене взберусь.

— И всё-таки, — настойчиво проговорил я, отодвигая ногой траву. — Ради меня.

Спускаться было нетрудно, так как ступеньки были сделаны ровно под мой шаг. Конечно, они стёрлись от воды и ветра, но до сих пор прекрасно исполняли свою функцию. Можно было бы и спуститься вниз по воздуху, ловя окружающий меня концентрированный эфир, но я предпочёл чувствовать под ногами твёрдый камень.

На площадке, расположенной примерно посередине лестницы, я прикоснулся рукой к стене замка и почувствовал нечто небывалое.