И уж смогу с ними потом договориться, чтобы корешки свои и дальше передавали шаману. Ну или сам добуду, с запасом. В любом случае разберусь, но людей спасти всё же важнее. Даже если весь Приозёрский придётся переселить в более безопасное место.
— Хорошо, ваше сиятельство. Опасно это может быть, ну да вы и сами уже поняли. Так что как пожелаете.
— Скажите, а остались у вас те коренья, что передавали беспутцы?
— Что-то завалялось, — растерянно протянул старик, нахмурившись. — Сейчас поищу, обождите.
Он поднялся и ушёл в соседнюю комнату, судя по виду, открывшемуся через приоткрытую дверь, кладовую. Погремел там, покряхтел и вышел весь в пыли и паутине, протягивая мне скрюченную палочку, попахивающую не самым приятным образом.
Высушенное нечто на вид никак не определялось. Магическое сканирование дало неожиданный результат. Аспект природы откликнулся пониманием, что предмет раньше где-то рос, то есть это было растением. И снова во мне шевельнулось смутное узнавание.
Чёрт, где же я встречал такое?
Я закрыл глаза и сосредоточился, очищая разум ото всего лишнего. Недавно, это точно было недавно, уже в новой жизни. Но при этом что-то старое, из прошлого.
Перед мысленным взором появился камень, в трещинах которого зеленели маленькие круглые листочки. Вид отдалялся, открывая общую картину. Пещера и зверь!
Я вспомнил, где это видел. В воспоминаниях того, кто сотворил место силы, часть которого стала островом, пришвартованным у маяка Кронштадта.
Удивительное открытие заставило меня крепко призадуматься.
С одной стороны, тот древний шаман довольно далеко ушёл от своего племени, прежде чем погибнуть и тем самым поспособствовать рождению места силы. То есть это никак не могло происходить около горы Воттоваара, ведь шёл тот к морю.
С другой… Воспоминания, подсмотренные мной, уж очень сильно перемешались и переплелись. Диковинная трава эта, впоследствии ставшая корешком, могла расти и неподалёку. А то шаман и с собой её прихватил.
Короче говоря, однозначного вывода было не сделать.
Чёрт, вернуться бы в город и навестить остров, чтобы получше разобраться в памяти его создателя. Но времени категорически не хватало. Обернуться туда и обратно до ночи я никак не успевал.
— На плющ похоже, — услышал я голос Валерьяна Афанасьевича. — Природникам в столицу возил, так те сказали — сорняк.
— Да, похоже, — немного растерянно ответил я.
Вид растения меня не так интересовал, как его происхождение и историческое значение. Может, сам этот «плющ» действительно был самым обычным, но вот магия, его напитывающая, выходила за рамки известного.
Попахивающий ингредиент я вернул, от него мне толку не было — след мага, который воздействовал на растение, было не обнаружить.
Следующее, что я тщательно изучил — деревяшка с рунами.
