А потом – удар по голове, и я потеряла сознание…
– Что-то я не понял насчет собаки… – нахмурился сосед.
– А это наша была собака, Алик назвал ее Максом в честь Планка, такой математик был.
– Я подобрал его на дороге, совсем был плох, лапа сломана…
– Вот и спасибо вам… – она улыбнулась, – значит, теперь он ваш. Его дети любят. И жена ваша к нему хорошо относится, только вам не говорит…
– Ладно, тогда мы в ветеринарную поедем, надо его рану обработать. А насчет этого, – хозяин кивнул на блондина, имевшего, надо сказать, вид довольно бледный, – я от сторожа гаражного кооператива позвоню, чтобы не светиться.
Юрий осторожно повел Элеонору к своей машине.
– А меня вы не помните? – спросил он.
– Обязательно вспомню, только постепенно, – улыбнулась она, и Юрий уверился, что так оно и будет.
У него самого мысли в голове скакали, как испуганные зайцы. Что теперь с ней будет? Куда делась та, вторая личность, которую сотворил у нее в голове психиатр? Помнит ли она свою жизнь в образе Эллы?
И не будут ли ее преследовать и бандиты, и полиция из-за хоть и неудавшегося, но все же ограбления банка?
– Куда вас отвезти? – спросил он.
– Нет, в нашу с Алексеем.
Элла вошла в квартиру – медленно, осторожно, как будто шла по тонкому льду или по минному полю.
– Да… это моя… наша квартира… я начинаю ее вспоминать… мы жили здесь с Аликом… только здесь никогда не было такого стерильного, бездушного порядка, как сейчас…
Она вошла в первую комнату, огляделась.
– Здесь были его книги, его компьютеры, то, без чего Алик не представлял своей жизни.
– В каком-то смысле так оно и есть. Нора – та ваша ипостась, которая жила в этой квартире – не совсем человек. Она – искусственное порождение, искусственно созданная личность.
Пока ехали, Юрий, осторожно подбирая слова, рассказал ей кое-что.
– Понимаю… и что же будет, если я снова стану ей? – С этими словами Элла вошла во вторую комнату, и вдруг с криком попятилась.
– Там… он… тот человек…
Юрий заглянул в комнату.
В полутьме сидел в кресле маленький человечек с огромной черной бородой и густыми кустистыми бровями.
Юрий заслонил собой Эллу и проговорил, с трудом сдерживаясь:
– Какого черта вы здесь делаете? Что вам от нее нужно? Вы и так причинили ей слишком много зла! Убирайтесь прочь, или я сверну вам шею!
– А сейчас-то чего вы хотите? Зачем вы пришли?
– А вы не догадываетесь? Я хочу вернуть свои часы…
– Они не ваши. Они принадлежали великому Фрейду…
– Ну, строго говоря, ему их дали на время.
