Наследник для жестокого

Они должны были контролировать ситуацию и сразу известить, как что-то станет известно о состоянии моего мужа. Эта ночь была страшной. Без снов, с редкими провалами в какое-то бессознательное состояние. Только и делала, что держала руки на животе и уговаривала саму себя не бояться, что все будет хорошо, что мы с малышом не потеряем нашего папу…

Горскому это всё твёрдо говорила, а сама вовсе не была уверена, что ему повезет второй раз. Он же не кот, чтобы иметь девять жизней.

Зарема была рядом. Она тоже нервничала и не находила себе места, старалась пережить это вместе со мной.

Утром к нам заглянул Макс и сообщил, что Андрея довезли, оказали необходимую помощь, и сейчас его жизни больше не угрожает опасность, хотя состояние его все еще остается довольно тяжелым. Потеря крови и уже вторая серьезная рана дали о себе знать. Ему провели операцию, наложили швы. Потребуется курс реабилитации. Но главное, что он выжил. Может, действительно в нём есть что-то от огромного грациозного кота, раз он такой живучий?

Эта новость меня очень обрадовала и взбудоражила. Он выжил! Горский БУДЕТ жить. Хотела ехать к нему, вот прямо сейчас, в шесть утра.

Но Макс сказал, что Андрей всё еще находится в реанимации, и лишь после того, как его переведут в обычную палату, нам разрешат его навестить. Макс же съездил в больницу и расспросил лечащего врача Гора более подробно, оплатил все услуги и комфортное пребывание в стационаре для Андрея. Точнее, для Романа Васнецова, ведь этого мужчину теперь зовут так, и он мне не муж пока ещё. Я официально продолжаю находиться в статусе вдовы Андрея Горского.

Когда мне наконец разрешили посещения, я на крыльях полетела к нему.

Перед глазами предстала довольно комфортабельная палата, а он уже не выглядел умирающим, хотя был все еще бледным и по возможности соблюдал постельный режим. Когда я вошла, он попытался встать.

— Ясмин.

— Лежи, — грозно сказала я ему и подошла ближе. Села рядом с ним на край постели. — Тебе нельзя вставать.

Наши взгляды встретились. Рука Гора легла на мою ягодицу и сжала.

— Горский! — Укорила я его и попыталась убрать руку.

— Я соскучился, — улыбнулся мне мой милый хам.

— Заметно. Мы в больнице находимся!

— Так и я дальше не зайду, я не в состоянии пока, — усмехнулся он и сжал еще сильнее мою ягодицу.

 — А вот когда выпишусь… Не будет тебе пощады, жена. Трахну по полной.

Я стыдливо опустила глаза. Горский — он даже при смерти Горский, всё об одном и том же… Нет, к его пошлостям невозможно привыкнуть.

— А я вообще-то тебе больше не жена, — ответила я ему. — Это грех теперь — спать с мужчиной без брака.

— Это ненадолго, — погладил он мое бедро. — Считай, что ты снова замужем, Ясмин.

Морда бледная, но жутко довольная.