Еще и голодной останусь. Есть соленое не могу, очередь огромная. Только кофе в автомате. Уверена, и в мини-ларьках на этажах полно людей. Стоять не хочется.
- Оксан, да хватит. Вон, она в столовке, в старом шмотье. Какой с ним? Такие сначала куклу одевают и оставляют все. А эта. Ну правда, смешно же, - о, Анфиса голос подала.
Похоже, что даже свите надоело нытье королевы. Завтра выходной, а после все забудут. Праздник будет набирать обороты и перетянет внимание. Во всяком случае, я хочу в это верить."
"Ничего, вот сейчас штатный преподаватель будет у нас, а не он, точно все поймут, что темы для разговоров нет. А я слышала, что новый педагог ушел и старичкам пришлось решать, кто возьмет дополнительную нагрузку. Уверена, об Амире говорили.
- Ой, Анфис, ты как маленькая. Может, ему свеженького захотелось? А что, некатаная, вся из себя скромница, еще и рыжая.
- Оксан, да хватит. Завидуешь что ли? – чего это уже Коля присаживать на попку начал.
Просветление у них в головах что ли? Странно как-то. И пусть, мне же лучше. Вдруг это поможет ей скорее от меня отстать. Даже благодарна этим ребятам.
- Вы серьезно? Жалко смотреть на вас. Пресмыкаетесь тут. Противно просто, идите вы. Трусы и предатели, - слышится цокот каблуков.
Он все ближе и ближе. Понимаю, куда идет. Можно было бы встать, убежать, но не хочу. Хватит бегать от проблем. Нужно держать удар. Рыжикова я или нет?
- Что, грелка Умарова, вкусно? – встает напротив меня и орет это на всю столовую. – Понравилось перед ним ноги раздвигать?
Молчу, смотрю и молчу. Она специально, ждет реакцию. Не получит. Побеждает не тот, кто громче орет, а тот, кто гордо уходит, даже если внутри все рвет от обиды.
- Молчишь? Молчи, молчи, что тебе, шавке постельной остается. Ничего. Только глазками хлопать и отрабатывать благосклонность. Таким девкам не место в моем институте, поняла?
Оксану накрывает злостью. Она опирается на стол руками и испепеляет взглядом. Вижу, как девчонка покрывается красными пятнами, как глаза наливается кровью. Ее штормит. Пусть. Выдержу.
- Да что ты хлопаешь глазами? Я тебе не Умаров, не поведусь. Сегодня же вылетишь. Скажем, за распутство. Если с одним преподом ноги раздвинула, кто знает, как красный диплом наработала. Уверена, такой позор институту не нужен. А я постараюсь, чтобы все узнали, как некоторые оценки отрабатывают.
Так, все, мне это надоело. Встаю из-за стола и разворачиваюсь, чтобы уйти. Подносы у нас забирают со столиков, и впервые я этому факту несказанно рада. Вот только мой ход не вписывается в планы Оксаны.
- А ну, стаять, - и дергает за плечо, разворачивая к себе. – Ты от меня так просто не уйдешь.
- А я думаю, что уйдет, - на всю столовую звучит голос, от которого все сейчас наложили в штанишки.
И даже я.
