– Из видимых повреждений…

– Кончай трепаться! – оборвал его Гуров и стал медленно обходить тело кругом, стараясь не наступить на возможные следы. – Нашел время шутки шутить.

– Где же ты видишь шутки, Лева? – с укором спросил Крячко. – Когда все так и есть? Посмотри на его голову!.. По всей вероятности, смерть наступила вследствие размозжения черепной коробки вышеупомянутого трупа, причем рана, скорее всего, была нанесена с помощью стальной монтировки, находящейся тут же, возле трупа, и носящей следы крови и поверхностных тканей…

– Да уж, – мрачно сказал Гуров, – что называется, попали! На ровном месте да мордой об асфальт! Где этот референт чертов? – Он сердито оглянулся.

– Я здесь, – шелестящим голосом произнес откуда-то из угла Пивоваров.

Он стоял, привалившись плечом к стене, у самого выхода. Даже со стороны было видно, как сильно побледнело его лицо. От обычной вальяжности и флегматичности даже следа не осталось.

– Господа сыщики, – тоном умирающего сказал он. – Мне нужно хорошенько выпить. Давайте поищем в доме!

– Повело кота на… – буркнул под нос Гуров, а вслух прикрикнул на «поплывшего» референта: – Возьмите себя в руки, Николай Иванович! Вы же мужчина!

А Крячко сочувственно добавил при этом:

– Вы поймите, Николай Иванович, что теперь любой предмет в этом доме может служить уликой.

Если мы с вами сейчас что-нибудь здесь выпьем, то вполне можем уничтожить важную улику. Хотя, откровенно говоря…

– Ладно, хватит нам откровений! – резко сказал Гуров. – У нас тут убийство нарисовалось. Дело исключительно серьезное и, надо сказать, весьма неприятное. Попрошу и вести себя соответственно.

– А я о чем? – жалобно простонал Пивоваров.

 – Если я сейчас не выпью, то у вас тут два трупа будет. Я с детства крови боюсь до судорог. И мертвецов тоже. Со мной на похоронах обязательно обморок случается.

Как бы в подтверждение своих слов, он тут же медленно сполз по стене на пол, сел на грязный бетон и уронил голову на грудь.

– Только этого нам еще и не хватало! – в сердцах сказал Гуров. – Стас, сделай же что-нибудь, пока этот деятель тут все следы не затер! Выволоки его на двор, что ли… Разрешаю немного даже по физиономии смазать – для тонуса. Но не перестарайся смотри!

– Я не перестараюсь, – пообещал Крячко, направляясь к раскисшему референту.

 – Я в самый раз.

Он бережно подхватил Пивоварова под мышки и поволок вон из гаража. Тот не мешал себя перемещать и только едва слышно попросил по морде все-таки не бить.

– У меня работа такая, – объяснял он печально. – Мне с разбитой мордой нельзя.

Они скрылись за воротами, а Гуров присел на корточки возле трупа. Крячко, в сущности, был совершенно прав – насчет орудия убийства сомневаться не приходилось.