Мартина лишь сделала экспозицию «Чудесное спасение» и пустила туда туристов. Но об этом позднее. После смерти матери Карл открыл двери Олафа. Мы с мужем первые Хансоны, которые решили показать людям неописуемую красоту внутренних помещений нашего дома. Крайне эгоистично наслаждаться ею в одиночестве. Но не все комнаты доступны для осмотра. В наши с супругом покои вход посторонним запрещен. Очень вас прошу, если увидите объявления «Служебное помещение» или «Личные владения», пожалуйста, не входите в двери, даже если они окажутся незапертыми.
– Они жуткие, – капризно перебила ее дама, кутавшаяся в соболиную жилетку, – крошечные, потолок на голову давит, холод эфиопский.
– В Эфиопии жара, – поправил ее Арсений.
– Все поняли, что я имею в виду. Удобства нулевые! В санузле с трудом кошка поместится.
– Вы правы. Я упоминала, что Олаф никогда не перестраивался. Малый размер жилых помещений, низкий потолок, узкие окна – все это ради сохранения тепла. Климат у нас суровый, холодный. Если кому-то категорически не понравились отведенные спальни, могу переселить вас в обычную гостиницу в городе. Но напоминаю, что члены клуба «Путешествия не для всех» хотят получить не стандартное туристическое впечатление, а нечто особенное. Олаф предлагает увлекательный экскурс в прошлое, полное погружение в реалии Средневековья, вы проведете неделю в обстановке четырнадцатого века.










