- Ну, успокойся, всё не так уж и скверно! - неловко передёрнул плечами отец, - Она тебя любит. Что плохого?!
24. Двадцать четвертая часть
- Тогда почему она меня видеть не хочет?! - вот ляпаю то в чём сама не уверена, совершенно не подумав. Идиотка влюбчивая.
- Сладкая... - Мрак обнял меня сильнее, - Это от большой любви! Боится, что не сдержится... - И, помолчав, спросил, - Ты как? Успокоилась? Больше не боишься, что я , или Берт тебя надумаем наказать?
- Уже - нет... - смущаюсь я своей способности всё навыдумывать. И особенно стыдно от того, что мужья меня понимают, любят и прощают!
- Что ж... Тогда я думаю, ты меня поймёшь и отпустишь. Я должен быть рядом с Бертом и Сэмюэлем!
- Я всё понимаю. Но отпускать не хочу... А ты иди, пока я в тебя клещом не вцепилась...
- Спасибо, сладкая! - Мрак поцеловал меня в шею горячими губами, - Мы себя будем беречь... для тебя... Но прятаться за спинами парней, которые ещё не все - полноценные бойцы - мы не будем. А там ... как Звёзды сложатся!
- Обещай мне... нам... Что никуда не полетишь! Кто бы тебя ни звал! Жди нас тут! Мы будем знать о том, что ты и дети в безопасности и не будем отвлекаться... невнимательность, рассеянность, потеря концентрации может стоить нам всем жизни... Я не пугаю... просто ... хочу донести до тебя...
- Я всё понимаю. Несмотря на то, что мне страшно за вас, я даю слово - никуда не улетать, ждать на флагмане, ставить в известность о всех проблемах... - бормочу я сумбурно, глотая солёные слёзы.
- Спасибо, родная... Ну... я пошел... Не оборачивайся, милая. Иначе я уйти не смогу! - ещё один короткий поцелуй в плечо...
Меня качнуло на матрасе...
Нет! Не одна! Я с Наэлой! Я - по прежнему - там! С отцом и мужьями! С однополчанами и друзьями! Со всей моей огромной Семьёй!
Вот уже два дня я сижу в компании дочки, гасси, врача и Биорона, как таракан на раскалённой сковородке.
Мечусь по фрегату. Из каюты - в рубку. Из рубки - в лазарет. Из лазарета - в транспортный отсек.
Представляю, как я осточертела доктору-крохху!
Потому, что остальные воспринимают мои метания совершенно индиферентно. То есть - никак.
Дорри воспринимает мои метания с философским спокойствием. Но, к остальным, постоянно придирается. Вообще, характер у моей гасси испортился совсем. Наверное - об Асе переживает!
С родными я говорю каждый день. Хотя бы - по разу, но отмечаются все.
Отец старается всё контролировать в плане купирования провокаций. И ему это ПОКА удаётся.
На Берте и Мраке - оперативное управление всё прибывающими войсками Содружества. Тактика размещения войск. Упреждение критических ситуаций.
И ещё - не надо забывать о том, что где-то на планете находятся Аграф, Ксатр, Веллор, Ася и моя свекровь ... что аукцион никто не отменял.
Оптимизм вселяли только мои мальчишки. И дочка...
