И хоть я сижу, мне всё равно приходится крепче сжать подлокотники кресла, почти впиваясь в обивку ногтями, чтобы не упасть.

Должно быть, вышла какая-то ошибка. Это не может быть правдой. Они просто издеваются надо мной.

– От деталей ты охуеешь, – произносит вдруг Зак. – А сейчас желательно бы тебе оставаться в здравом уме. Так что лучше обождать, цыпочка.

Я ужасно злюсь на него, как злится и Гай, бросив другу угрозу следить за языком в моём присутствии.

– Я… Я просто не понимаю… – Чувствую слабость в конечностях, будто услышанное воздействовало на меня физически.

Ощущаю себя так, словно вот-вот упаду без сил. – Не может этого быть… – Не сумев совладать с собой, я вскакиваю с кресла на ноги. – Чтобы вы там себе ни напридумывали, это всё неправда! Что вы от меня хотите? Зачем вы меня сюда притащили? Отвезите меня обратно домой!

– Это невозможно, – тон Гая снова ледяной и с каждой минутой становится всё холоднее и холоднее. – Твой дом – первое место, куда «Могильные карты» отправятся, чтобы всё проверить. Тебя спасла только их полная уверенность в том, что я всё сделал как надо.

– Замолчи! – Слёзы безостановочно текут у меня из глаз.

Всё это какой-то кошмар! Просто какой-то кошмар… – Вы не можете держать меня здесь как какого-то зверька!

Мне хочется верить, что в глазах Гая сейчас искреннее сожаление, а не бездушие. Потому что они устремлены на меня мёртвым взглядом, он почти не моргает, сжимая зубы.

– Только рядом со мной ты сейчас в безопасности, – говорит он спокойным тоном. На фоне меня, начавшей истерику, он кажется непоколебимой скалой. – Ступишь хоть на дюйм в сторону, можешь погибнуть. Делай, что хочешь, но я тебя никуда не выпущу.

 – Тон его голоса такой резкий, что у меня невольно поджимаются ноги. А потом Гай зло сверкает глазами, когда после недолгой паузы добавляет: – Можешь даже думать, что теперь ты моя пленница, если тебе так будет легче смириться с участью.

На глаза наворачиваются новые слёзы, всё вокруг теряет свою естественную форму, расплываясь и стекая, словно краски, которые развели с водой. Руки у меня начинают дрожать, равно как и всё моё тело, надвигается паника.

Я по-прежнему отказываюсь верить в то, что всё это реально.

Гай меня по-прежнему не касается.

Он не пытается обнять, утешить, провести рукой по волосам, как обычно поступил бы любой другой парень, желая успокоить свою возлюбленную. Он просто жестоко наблюдает за тем, как я рыдаю, едва не падая на колени от отчаяния. Я не могу поверить в то, что этот парень не так давно целовал меня, заставляя каждую клеточку разжигаться огнём.

– Ты побудешь с Нейтом, – говорит Гай, бросив взгляд на светловолосого друга в углу комнаты. – Приглядывай за ней. Она остаётся под твою ответственность.