Целовал упоительно, долго, нежно, почти лишая чувств, заставляя забыть обо всём, и думать, что, быть может, им не так уж и нужен этот приём, и что Тибор с ритуалом вполне подождёт до утра…
— Вот с этого и начнётся наше «дальше», — прошептал он, отстраняясь, и добавил, — но нам уже пора, потому что я хочу, чтобы это «дальше» поскорее наступило.
— Вообще-то я спрашивала о другом «дальше», — произнесла Иррис лукаво, — о том, что будет завтра.
— Завтра? — он посмотрел задумчиво на горизонт. — Пока я сидел в башне, кое-что произошло. Моя мать… она нашлась. Помнишь, я говорил тебе об одном человеке, которому я проигрался в карты и который приставил ко мне Цинту в ученики? Это был Сираффа — мой учитель в академии.
— Я была в Рокне только проездом, но мне там понравилось. Хотя, если честно, мне всё равно где жить, Альберт, если ты будешь со мной.
Он наклонился и поцеловал её снова и опять целовал долго, и казалось, они опять падают в какую-то бездну, и стало всё равно, куда ехать, хоть на край света, и от этого ощущения, от того, что они совсем свободны, кружилась голова и хотелось только одного — чтобы всё это длилось вечно…
— Тогда едем в Рокну, а там решим, — наконец, произнёс Альберт, — только вот… Цинту и Арману придётся взять с собой.
— Конечно, нет! — воскликнула Иррис.
— Тогда уедем завтра. Не хочу испытывать судьбу, оставаясь здесь хоть на день.
— И мы ничего не должны больше семье Драго? Никаких соглашений? Или там обязательств? Я ведь Поток, и мы с тобой… эта гора… а что будет с ней, если мы уедем? — спросила Иррис. — Нас никто не будет искать?
— Моя ласточка, ты такая… ответственная, — рассмеялся Альберт, — но в этот раз тебе придётся научиться кое-чему у меня.
— Чему же? — она прищурилась с усмешкой.





