А хозяин гаража в суде? Тот, кто предоставил вам информацию?

Гановер триумфально ухмыльнулся.

— Нет необходимости вызывать его, — сказал Мейсон. — Я заявляю, что отогнал машину своей клиентки в платный гараж и оставил ее там, когда мисс Марлоу отправилась в частный пансион после освобождения в соответствии с habeas corpus.

— Прекрасно. Так мы сэкономим время. Спасибо, — поблагодарил Гановер.

Заместитель окружного прокурора подошел к месту для дачи свидетельских показаний, открыл небольшую сумку и достал оттуда коробочку. Из нее он вынул нож, покрытый пятнами сухой крови.

— Лейтенант Трэгг, я хотел бы спросить вас, не видели ли вы когда-нибудь раньше этот нож?

— Да, видел. Я могу идентифицировать его, потому что на ручке нацарапаны мои инициалы. Я нашел этот нож под ковриком в багажнике автомобиля обвиняемой. Когда я его обнаружил, он был в точно таком же состоянии, что и сейчас, только к настоящему времени пятна засохшей крови подвергли химическому анализу в полицейской лаборатории, поэтому их вид несколько изменился. Нож в целом выглядит немного по-другому, потому что и ручку, и лезвие покрывали специальным составом, чтобы снять отпечатки пальцев.

— Были ли обнаружены чьи-либо отпечатки пальцев?

— Нет, сэр. Ручку очень тщательно вытерли, поэтому она оказалась абсолютно чистой.

— Это вывод свидетеля, — выразил протест Мейсон.

Лейтенант Трэгг улыбнулся и сказал:

— Я изменю свою фразу. На ручке не было никаких отпечатков пальцев, вообще никаких, даже самых слабых пятен. А как человек с большим опытом работы по уголовным делам, и давно занимающийся дактилоскопированием, я с уверенностью могу заявить, что подобное могло произойти только в том случае, если ручку тщательно вытерли, — с видом победителя добавил Трэгг.

— Собираетесь ли вы приобщить этот нож к делу, как одно из доказательств? — обратился Мейсон к Гановеру.

— Да, — ответил заместитель окружного прокурора.

— При сложившихся обстоятельствах у меня нет никаких возражений, — заявил Мейсон. — Пусть он будет приобщен как доказательство.

Судья Осборн был искренне удивлен.

— Конечно, еще не сделана попытка доказать, что это и есть орудие убийства, — заметил он. — Хотя очевидно, что покойная погибла от ножевого ранения и что размеры этого ножа примерно совпадают с размерами раны, других доказательств не представлено.

— Ваша честь, у меня есть и другие доказательства, — снова заговорил Гановер.

— Заместитель окружного прокурора желает, чтобы этот нож был признан одним из доказательств, — сказал Мейсон. — Его идентифицировали как нож, обнаруженный в автомобиле обвиняемой, и у меня нет возражений, чтобы он был приобщен к делу в качестве доказательства.

— Как орудие убийства? — спросил Гановер.

Мейсон холодно улыбнулся.