Глубокая ночь даровала усиление параметров, а бонус от амулета Одинокого Волка решил увеличить мне Интеллект на следующие двадцать четыре часа.

Забравшись на очередной холм и тяжело вдохнув свежего воздуха, я перешёл на шаг. Впереди у подножия небольшой горной гряды виднелся городок.

— Где-то тут ещё и беглец, за чью голову вознаграждение дают, обретается. Наверняка в одной из шахт заныкался. А шахты для меня ещё бонус дают. Надо бы там осторожно побегать. Но сперва местных поспрашиваю и посмотрю, чего здесь можно добыть и насобирать.

Левее нашёлся тракт в обход холмов, что, петляя, вёл в сторону Бобруйска.

И по этому тракту, освещённому десятками факелов, двигалась очень и очень внушительная колонна. Люди шли гружёные, причём тащили всё, что только могли поднять и утащить. Казалось, из города сваливают решительно все. Даже старики и дети. Ох, не к добру это.

— ЭЙ! МУЖИК! ТЫ ИЗ БОБРУЙСКА? — крикнул из темноты разведчик у подножия холма.

Впрочем, с недавних пор темнота стала для меня привычным явлением, и я вполне себе неплохо его видел.

— Что Нагорному пиздец…

— Э-э-э… Не уверен. Когда я выходил, таких новостей не слышал.

А что случилось?

— Мертвяки идут! Тысячами. Забаррикадировались, как могли, оставили немного самых сильных бойцов для прикрытия. Ты тоже или с нами давай, или им помоги… — начал он распинаться, двигаясь в сторону конвоя.

— Хера се новости! Надо бы узнать получше, — удивился я, тут же направившись в сторону спешно покидаемого Нагорного.

Я спустился с холма и побежал в сторону города. Чем сильнее к нему приближался, тем больше людей вливалось в колонну. Они выходили десятками, таща на своём горбу те немногие ценные вещи, какие только смогли найти.

В воздухе витали грусть, безнадёга и отчаяние. Многие улицы заканчивали баррикадировать машинами и тяжёлым хламом, вроде металлических ограждений или контейнеров для мусора. Я застал самых последних беженцев. Теперь здесь остались только воины. Мужчины и женщины, пожелавшие рискнуть своими жизнями, чтобы дать время старикам, детям и тем, у кого не хватает сил и мужества противостоять напасти, убраться как можно подальше.

— Мужик, чего встал!? Помогай! — крикнул кто-то сбоку, и я присоединился к толканию мёртвого фургона к тротуару.

— Дальше берите всё, что видите, перекрывайте улицу! Нельзя дать им зайти со спины! — командовал какой-то парень с мечом в руке.

Я, насколько мог, помог им и пулей выстрелил в сторону вышки сотовой связи. Вскарабкался, огромными прыжками преодолевая участки без лестницы, и быстро пополз наверх, дабы оценить обстановку.

За городом шёл большой карьер, причём совершенно пустой. Одни тягачи да самосвалы с бульдозерами стояли там и ждали, пока их неподъёмные туши сожрёт ржавчина.