Шепчущий череп

Какого черта вы здесь делаете, ребята?

Кто-то включил обычный фонарь, не такой резкий, как магниевый, и мягкий свет выхватил из темноты лица всех, кто стоял рядом с нами. Их было трое – только группа Киппса. Остальные агенты в серой униформе разбрелись по всей поляне, посыпая траву солью и железными опилками. Среди деревьев клубился серебристый дым.

– Ну и вид у вас, однако, – заметил Киппс и снова фыркнул.

Я вам уже рассказывала о Киппсе? Нет? Он руководит одной из оперативных команд в Лондонском филиале агентства «Фиттис». Напоминать о том, что «Фиттис» – старейшее и самое престижное в стране агентство по проведению парапсихологических расследований, думаю, излишне.

Главный офис агентства находится на Стренде, а всего в «Фиттис» служит примерно триста агентов. Большинство из них – это подростки, которым еще не исполнилось шестнадцати, но встречаются и агенты в возрасте всего восьми лет. Агенты разбиты на команды, и каждой командой руководит взрослый агент-инспектор. Вот Киппс как раз один из таких «командиров».

Если выражаться дипломатично, можно сказать, что Киппс – молодой человек в возрасте чуть за двадцать, довольно хрупкого телосложения, с коротко подстриженными рыжеватыми волосами и узким, покрытым веснушками лицом.

Если выражаться недипломатично, но куда более точно, Киппс – это хилый коротышка с толстым курносым, как у мопса, носом, огромным заостренным подбородком и рыжими, как морковный сок, волосенками. Плечики у него, как уже говорилось, узенькие и хилые, зато голова огромная, поэтому Киппс больше всего напоминает водонапорную башню. В общем, такая сопля на палочке. Он уже слишком стар, чтобы самому сражаться с призраками, но это не мешает ему с форсом таскать на поясе громадную рапиру с дешевыми стеклянными «брульянтами» на эфесе.

На чем я остановилась? Ах да, Киппс. Он терпеть не может наше агентство, завидует каждому нашему успеху и злорадствует над каждой неудачей. Ну и черт с ним.

– Да, это картина, – повторил Киппс. – Сегодня вы даже грязнее, чем обычно.

Только сейчас я обратила внимание на то, что нас – всех троих – вскользь обожгло вспышкой. Рубашка Локвуда была прожжена на груди, лицо в пятнах от сгоревшей соли. С моей куртки и легинсов при каждом движении сыпались хлопья пепла и сажи.

Волосы у меня всклокочены, а от ботинок пахло сгоревшей кожей.

Джордж тоже был перепачкан сажей, но в целом от вспышек он пострадал гораздо меньше нас с Локвудом, поскольку еще до этого успел с ног до головы вываляться в грязи.

– Благодарю за помощь, Киппс, – сказал Локвуд, небрежно стряхивая пепел с рукавов своей рубашки. – Мы оказались здесь в затруднительном положении. Нет, в принципе, мы полностью держали ситуацию под контролем, но тем не менее та ваша вспышка пришлась очень кстати.