Встречались ячейки, замурованные кирпичами; попадались ячейки пустые или без гроба, но заваленные камнями и мусором. Через каждые двадцать шагов от прохода ответвлялись и уходили в темноту боковые коридоры.
И все вокруг покрывал слой тонкой серой пыли. Увидев ее, я сразу вспомнила волосы Джоплина.
Выключив фонарь, я по памяти двинулась вперед, постоянно всматриваясь и вслушиваясь в темноту, пытаясь понять, с какой стороны доносится жужжание зеркала. Это было непросто, особенно если учесть, что вновь оживился сидящий в банке призрак.
– Ты замолчишь или нет?
– Ну вот что. С меня хватит. Как только я найду Джорджа, ты отправишься в одну из этих ячеек.
Замолчал, тварь зеленая. Я резко сердито подтянула лямки рюкзака и двинулась дальше.
Дойдя до первой боковой развилки, я услышала доносящийся из темноты крик. Звук долетал искаженным, многократно отраженным от стен. Кто это кричал? Джордж? Киппс? Джоплин? Да был ли это вообще живой голос? Наверняка я ничего не могла сказать, кроме одного: крик долетел откуда-то справа. Я приложила руку к кирпичной стене и на ощупь двинулась в ту сторону, откуда послышался крик.
Спустя несколько мгновений моя рука наткнулась на что-то холодное и гладкое. Я отпрянула назад, включила фонарик – это оказался стеклянный шар, поставленный в ячейку рядом с гробом. На запыленном шаре появились оставленные моими пальцами линии, и сквозь эти полоски более или менее чистого стекла можно было рассмотреть засохшие белые лилии. Несколько секунд я размышляла о том, как долго простояли в могильной тьме эти поминальные, прощальные, некогда живые цветы, потом выключила фонарь и двинулась дальше.
Проход оказался длинным и узким, несколько раз он пересекался с другими боковыми коридорами. Все стены, разумеется, представляли собой множество ячеек со стоящими в них гробами. На каждой развилке я останавливалась, прислушивалась и шла дальше. Я старалась по возможности все время передвигаться в темноте, надеясь, что это позволит мне видеть Гостей с такой же легкостью, с какой они видят меня.
Поскольку Гости здесь были.
Один раз в левом ответвлении, трудно сказать, на каком расстоянии от коридора, по которому я шла, появилась слабо светящаяся фигура. Это был молодой человек в костюме и рубашке с высоким жестким воротничком. Он стоял неподвижно, повернувшись ко мне спиной, одно его плечо было заметно выше другого. Сама не знаю почему, я была очень рада, что призрак молодого человека не повернулся в мою сторону.
Из другого бокового коридора доносился настойчивый стук. Обернувшись, я увидела, что одна из ячеек в нижнем ряду мерцает потусторонним светом, а стук доносится из очень маленького свинцового гробика.
Я не без труда погасила вспыхнувший во мне гнев.
