Шепчущий череп

Я чудом сумела избавиться от этого наваждения. А ты смотрел, причем долго. Более того, даже начал перечислять Джоплину, что ты там видишь…

– Прекрасные удивительные вещи? Это был розыгрыш. Я просто сказал Джоплину то, что он мечтал услышать. Комедию перед ним ломал, – сказал Джордж и ухмыльнулся.

– Погоди, я не понимаю, – посерьезнел Локвуд. – Если ты смотрел в зеркало…

– Смотрел, смотрел, – подтвердила я. – Я своими глазами видела.

– …то почему ты выжил, тогда как Уилберфорс, и Ниддлз, и все остальные, кто смотрел в зеркало, умерли от испуга?

Вместо ответа Джордж медленно снял очки, опустил, словно собираясь протереть их, затем приложил к стеклам пальцы.

Нажал, но, вместо того чтобы упереться в стекло, его пальцы прошли насквозь.

– Когда я сцепился с Джоплином в первый раз, еще в церкви, – сказал он, шевеля пальцами, – мы с ним сбили друг с друга очки. Мои ударились о камень или что там еще, и оба стекла вылетели. Вылетели и потерялись где-то на полу. Джоплин этого не заметил, а уж я сам, будьте уверены, рассказывать ему об этом не стал. Поэтому, что бы там ни показывало зеркало, меня это не волновало.

– То есть ты хочешь сказать, что ты смотрел в зеркало…

– …и ничего не видел, – кивнул Джордж, убирая пустую оправу в карман. – С такого расстояния я даже сарай не разгляжу.

Спустя три дня после последних событий в катакомбах церкви мы собрались на поздний завтрак в цокольном офисе на Портленд-Роу, 35. Настроение у всех было приподнятое. Мы хорошенько отоспались, мы находились в центре всеобщего внимания. Рассказы о наших приключениях если и не оттеснили на второй план репортажи о праздновании полувекового юбилея великого агентства «Фиттис», то как минимум шли наравне с ними.

Наконец, полученный нами чек от ДЕПИК – подписанный, между прочим, самим инспектором Барнсом, – только что был принят банком. А еще одна радость – стоявшее за окном прекрасное летнее утро.

Локвуд сидел за своим столом и просматривал свежие газеты, рядом с его локтем стояла огромная кружка с кофе, от нее медленно поднимался ароматный пар. Локвуд выглядел спокойным, расслабленным, сидел в рубашке с расстегнутым воротничком. Его пиджак был небрежно наброшен на рыцарские латы, подаренные нам месяц назад одним из наших клиентов.

В углу примостился Джордж с большим раскрытым блокнотом в черном кожаном переплете – в нем он серебряным пером начинал писать свой отчет о Пропавшем зеркале. Перед Джорджем на столе лежала большая пачка газетных вырезок и стояла банка с клеем.

– Очень много хвалебных отзывов о нас, – сказал Джордж. – Не сравнить с тем, что писали после дела об Уимблдонских Рейзах.

– Отличное интервью, Локвуд, – сказала я, откладывая в сторону «Таймс».