Он заметил! - О какой именно обезьяне ты думаешь? И как зовут этого потенциального смертника?
Вот вроде бы и голос звучал шутливо, с явными нотками ехидства. И улыбался Хованский привычно насмешливо и легко. А у меня снова табун чертовых мурашек и стойкое ощущение, что в этот раз надо промолчать.
Промолчать, я сказала!
- А что, по мне так заметно, что у меня хвост из кавалеров растет? - удержаться и не дразнить лучшего старосту университета было выше моих сил. Я еще и по сторонам показательно огляделась, приложив ладонь ко лбу.
- Мне кажется или ты меня провоцируешь? - Илья склонил голову набок, хитро сощурившись. А пока я соображала, как ответить на это, воспользовался моментом и затащил меня в подъезд.
Ну серьезно! Я глазом моргнуть не успела, когда осознала, что сижу на чужой кухне, обнимаю ладонями смешную, пузатую чашку с енотом и ежусь под внимательным взглядом собственного парня. Который ждет. Терпеливо ждет. Очень терпеливо…
Может, памятник ему поставить? За терпение?
Блин, Арина, о чем ты опять думаешь, а?
О чем угодно, только не о том, как буду врать и изворачиваться и надо ли мне это вообще. Ведь вроде бы обещала быть честной. С ним. Обещала же?
- Ты меня тогда на гонку впервые привел, - пока мозг думал, язык развязался самостоятельно. Уткнувшись носом в кружку, я зажмурилась на пару секунд. И, глубоко вздохнув, продолжила. - Ну помнишь? Тогда еще парень в аварию попал, как раз перед тобой должен был финишировать.
Хованский кивнул, продолжая разглядывать меня странным, непонятным взглядом. И перехватывать нить разговора явно не собирался, подпирая плечом дверной косяк и засунув руки в карманы джинсов.
- Ну вот… - я вздохнула, нервно заправив прядь волос за ухо. - А я тогда со странным типом столкнулась. Угрюмый какой-то, дерганый весь. Он на меня в толпе налетел, вот.
Снова вздохнула, сжимая кружку крепче. И совсем уж тихо выдала:
- А потом я увидела, как он под капотом машины копался. Той самой, что разбилась. Я еще тогда его на телефон сняла, подумала мало ли, вдруг пригодится. Я тебе показать хотела, может ты его знаешь. Или знал. Или можешь узнать, но…
Хомяк терпеливо ждал. Серьезно, он даже с места не сдвинулся, продолжая разглядывать меня все тем же странным взглядом. У меня аж нервная почесуха началась, от этого непонятного разглядывания.
- Да знаю я, что дура! - наконец, обиженно фыркнула, отвернувшись от хозяина квартиры и уставившись в окно. - Сразу надо было показать. А этот придурок как-то меня нашел, представляешь? И… И угрожал! Что если я кому-то проболтаюсь, тебе не сдобровать! Да блин, чего ты ржешь, Хованский?! Я за себя так не боялась, как за тебя, придурка!
И стукнула ладонью по столу, громко, зло крикнув:
- Ну чего? Вот чего ты ржешь, а?! Чертов упрямый, непробиваемый, невозможный иди...
