Он помахал ему и пошел к своему «Рендж Роверу». Вот как, значит. Неужели работа Влады? Она ведь собиралась утопить Барсова. Только, почему он на свободе, а моя жена в отделении?! Это я собирался выяснить сразу после визита к матери.
— Мам, Матвей сегодня у тебя.
— Матвейка, — она кинулась его обнимать. — Сынок, — ко мне с поцелуями полезла. — Соскучилась по вам так.
— Баб, ну ты чего, — он по-мальчишески смущался бурных проявлений чувств, но, видно, что рад.
— Дина заберет завтра.
Мама глазами спросила, что произошло. Почему я привез Матвея? Но у меня не было ни времени, ни желания объяснять. Я рванул к Барсовой. Достану ее хоть из-под земли!
На звонки Влада не отвечала, но я все равно приехал к ней домой. Сигналить у ворот принялся и звонить, конечно же. Через пять минут услышал ее.
— Женечка, чем обязана?
— Соскучился. Пустишь?
Она так гаденько засмеялась и отключилась. Через минуту передо мной распахнулись ворота. Я, как и в прошлый раз, заезжать не стал — ножками до парадной двери прогулялся. Она была приоткрыта. В холле было пусто и сумрачно. Вечерние тени сгустились по углам и ни одного светлого пятнышка. Я остановился, задумавшись над перспективами: что я реально мог сделать? Даже если Влада похвалиться своей победой — мне что это даст? Как я Дине помогу?
Достал телефон, камеру включил и положил в нагрудный карман пиджака — мало ли, запишу что-нибудь интересное. Я ступил на лестницу и неспешно поднялся на второй этаж. Одна из дверей была распахнута и слышалась музыка. Я отправился туда.
— Ну привет, Женечка.
Влада лежала на смятых простынях в одном кружевном белье. В руках бутылка «Вдовы Клико», настенные бра скупо освещали атмосферу угара; на прикроватном столике две толстые полоски белого порошка, а в воздухе витал мускусный запах секса. Кто-то не так давно драл Владу Степановну.
— Празднуешь?
— Ага! — улыбнулась она и сделала большой глоток из бутылки. — Есть что! — склонилась над столиком, взяла золотую палочку и смачно втянула полоску кокаина. — Зачем пришел?
— Почему Дина в полиции? — поскольку я записывал, мне и самому нужно быть очень осторожным в словах."
"— Потому что не нужно стоять у меня на дороге! — жестко бросила Влада. — У Максика тоже большие проблемы, но у твоей благоверной… — она демонстративно закатила глаза. — Присядет лет на двадцать. Мне обещали. Максик ее так любит. И ты любишь. Вы оба будете страдать, потому что вашей драгоценной Диночки стареть в тюряге, — и она заржала, как полковая лошадь. Противно. Вот ее настоящее лицо. Отвратительная баба.
— Чтобы ее вытащить, я даже с Барсовым готов в одной команде играть. Ничего у тебя не выйдет.
— Ты думаешь, мы не подготовились? — округлила глаза Влада. — Я говорила: у меня влиятельные покровители.
