— И что ты будешь делать с этой «проблемой»?
— Решать, — вздернула подбородок. Мне не нужно ни сочувствие, ни жалость, ни тем более осуждение. Именно поэтому только с Настей поделилась: она понимала меня. А раздавать правильные советы легко, когда ты мужчина, взрослый и состоявшийся, с престижной профессией и достойным заработком.
— Я отведу тебя к хорошему акушер-гинекологу. Я хоть и стоматолог, но знакомых медиков много.
— Спасибо… — растерялась я. — Настя обещала помочь…
— Это подруга? — уточнил так, словно была приставка «сомнительная». Они пару раз виделись и, кажется, приязни знакомство не вызывало.
— Да, — только кивнула я.
— Тебе нужно поговорить с грамотным врачом. Я возьму это на себя.
— Не понимаю, почему ты возишься со мной? — Я продолжала сидеть у него на руках и в моей маленькой, скромной, но милой кухне Евгений Савин смотрелся дисгармонично. В строгом пальто и деловом костюме под ним, умные каре-зеленые глаза, ровный нос, тонкие губы. Завидный и свободный холостяк в хрущевке за МКАДом. Более нелепо выглядел бы только Барсов — ему бы в моей однушке в тридцать два квадрата в принципе развернуться негде было бы.
— Правда, не понимаешь? — шепотом спросил и выразительный взгляд на мои губы бросил.
Я смущенно отвернулась и слезла с его колен. Женя был привлекательным мужчиной: я слышала, что в зале о нем шептались гимнастки постарше и тренера помоложе. Но он оставался неприступен для них. А я для него. Четыре года. Неужели до сих пор…
— Давай все-таки сделаю тебе чай, — бодро произнесла, меняя тему.
— Сделай, — тактично согласился Женя. Ну почему я не влюбилась в такого мужчину?! Хорошего, чуткого, понимающего, сильного и не боящегося ответственности. Почему нас, девочек, всегда тянет, на тех, кто с легкостью разобьет нам сердце? Хороший вопрос, который всегда без ответа.
Визит к врачу был назначен уже на следующий день. Женя сам отвез меня, сопровождать хотел, но я попросила остаться его в машину. Одна хочу побыть, себя понять и услышать. В клинике «Мать и дитя» меня приняли бесплатно и быстро. Врач средних лет, приятный, выглядел опытным.
— Так, посмотрим, — он очень осторожно ввел меня стержень с датчиком, внимательно изучая монитор. — Ага, вот и плодное яйцо. Срок недель шесть.
— Гранатовая косточка, — вслух произнесла я. Так легче. Это не ребенок, а семечка.
— У семечки нет такого, — Дмитрий Вячеславович нажал на кнопку, и я услышала что-то. Ритмичное, размеренное, живое.
— Сердце.
Я сглотнула. Стук сердца никак не прибавлял решимости.
— Самый легкий вариант с учетом срока — медикаментозный аборт, — сказал, когда я озвучила свое намерение. — Это безопасно и без дополнительных рисков репродуктивной системы.
— Я уже пила таблетку, не помогло, — проговорила я.
