Те, кто дожил, уже не идут под любящую руку богатого дяди, обещающего лишь выживание. Они ищут любящую волосатую руку, что будет способна помочь им выплатить остатки Долга, а затем будет холить и лелеять их остаток дней в неге и богатстве в обмен на потомство. Вот такая вот жизненная несправедливость.

Не долетала, но кида это не смутило. Его вообще все прекратило смущать. Карл лишь орал и стрелял, давая себе времени лишь на перезарядку. Но еще этот сукин гад продолжал стоять на одном месте, из-за чего я не мог понять, к какому типу он относится!

Завывая проклятия и ругательства, мужик долбал в моем направлении на расплав ствола, надеясь, кажется, просто пробить пулями все препятствия, стоявшие между мной и им. Сидя за ящиком, я про себя матерился — спровоцировать получилось, но вовсе не так, как рассчитывал!

Я уже собирался прибегнуть к жесту отчаяния, воспользовавшись принесенным Волди подарком, что было, по своей сути, не меньшей глупостью, чем поведение психанувшего Карла, но этот идиотский план не был приведен в действие — внезапно зарявкало куда более мощное оружие, задолбившее в сторону матерящегося орка!

Банг! Банг! Банг! — гулко и зло громыхал появившийся в раскрытом дверном проходе тяжелый пулемет, чьи пули быстро начали превращать содержимое ближайших стеллажей в ошметки.

Я, не теряя ни секунды, сунул старрх в зубы, освобождая одну руку, с помощью которой тут же полез на стеллажи под потолок. Кид орал и матерился как оглашенный, продолжая палить, но теперь еще периодически дергался на выстрелы Тарраскера, чье орудие обладало достаточной силой, чтобы не только дербанить коробки, но и валить стеллажи. Последние, обладая собственной динамикой, весом и мнением, не просто падали, а делали это, активируя устроенные в этом складском лабиринте ловушки чрезмерно хитрожопого орка, от чего помещение натуральным образом заполнилось взрывами!

— Да сколько ж ты, фука, их фут нафтафить уфпел! — не удержавшись, возмутился я, вынужденный несколько раз отступать, после того как очереди орущего кида едва не доставали меня сквозь разную тряхомудию, раскиданную тут покойными магами. К большому счастью всех присутствующих, пока что ничего сыпучего или токсичного задето не было… наверное.

«Главное — не обольщаться! Ни в коем случае! Он может быть напуган до усрачки, но это кид неизвестной заточки!» — твердил я себе, — «Засунь в одно место свои порывы хищника! Ты харизмат, хреновый харизмат и хреновый кид! Он просто боится того, чем ты можешь быть!»

Дальше начался цирк с конями, иначе не сказать.