Они считают меня преемницей Лиара, — тяжело вздохнула.
— А ты сама?.. Повелительница нежити, — по-доброму усмехнулся Дориан.
— Это тяжело… — радость покинула меня, как и всегда, когда речь касалась жителей Синдурра. — Знать, что можешь влиять на сотни тысяч живых существ, которые, в сущности, не виноваты, что стали таковыми… Знать вместе с ними, что им теперь незачем жить, почти нечем питаться, а всё, что осталось — тихо умирать… Знать это… и ничего не делать, потому что ничего сделать нельзя.
— Я говорил с магами. Все в один голос заявляют, что битва значительно уменьшила численность нежити. К тому же без Лиара, высасывающего жизнь из округи, в Синдурре уже начали восстанавливаться леса. Появятся животные, а значит источники крови…
— Да, но это лишь продлит агонию многих.
— Не агонию, а цикл жизни.
— Жизни без смысла, — рука беспомощно сжала простынь.
— Большая часть сущего просыпается и засыпает без какого-то смысла. К тому же организованные поселения орков, вампиров и нагов вполне счастливо жили даже в тех условиях. Для них изменения к лучшему. Лерой уже готовится к переговорам с их лидерами о начале торговли. Возможно, не сейчас, но через десятки лет разумная нежить начнёт свободно пересекать границу, учиться многому у людей, а люди будут учиться у них ко всеобщему благу и процветанию.
— Возможно, ты прав, — ответила задумчиво. — Кстати, как Уиззи? Видел её в Ружнице?
— Да. Она идёт на поправку. В августе, как и собирался, отправлю её учиться целительству. Девица она сообразительная и упорная, не сомневаюсь, из неё будет толк.
— А она сама-то хочет в Эйву?
— Она рвётся туда. Ей с самого начала была не по нраву жизнь вилланки. К тому же Уиззи мечтала увидеть другие королевства Вархилла не птичьими глазами, а по-человечески. Теперь у неё будет такой шанс.
— Другие королевства?
— Ага, на последнем курсе наших юных целителей отправляют обмениваться опытом… Раньше оборотни старались не выбираться за пределы Рейфорга, люди сотнями лет вытесняли их сюда. Но после битвы в Синдурре короли пересматривают давние решения предков и свои традиции. Надеюсь, это многое изменит… эй, — Дориан тронул мой подбородок. — Ты всё ещё грустишь…
— Из головы не идёт будущее существ Синдурра.
— Их ждут перемены. Конечно, для многих видов нежити это значит угасание. Но такова жизнь, Полина. Нежить не размножается.
— Как и мы, — горько усмехнулась.
— Ну-у, благодаря твоему милосердию, у нас всё-таки появился сын, — лицо Дориана отразило удивление. — Если честно, до сих пор не могу это осознать... Лиар теперь младенец. Невинный ребёнок. Наше дитя.
— Обычное человеческое дитя, — самой до конца не верилось.
Хотя и Гурдахар, и ведьмы несколько раз объясняли нам, почему так вышло. Лиар родился человеком.
