Господин Эйнан, уже много поживший и слышавший от раввинов много голой правды про нравы других народов по отношению к купцам, картографам и менялам, благоразумно встал в простенок между окнами.

– Королева вернулась в Лондон, – сказал господин Эйнан. – Завтра будет суббота. Завтра с утра вы, граф, подготовите к делу своих сторонников, чтобы ночью вам не пришлось им рассказывать, кому куда бежать и кого при том резать.

– А куда моим сторонникам надо будет бежать?

– В королевский дворец, граф. Не делайте вид, что у вас недоумная болезнь.

Граф Эссекс начал скрести грудь по кольцам кольчуги, стараясь унять внезапный зуд.

«Все страшное – просто, и все простое – страшно», – говорил его приемный отец, граф Лейстер, силой сделавший перезрелую принцессу Елизавету женщиной.

– План таков, – строго продолжил господин Эйнан. – Ваши люди ворвутся во дворец с парадного входа. Это событие заставит тут же прибыть ко дворцу королевы ваших заклятых врагов – сэров Сесила и Ралея. Пусть их тут же прикончат ваши люди…

– Сэр Сесил и сэр Ралей прибудут со своими вооруженными людьми, – возразил граф.

– Ну и что? Я вам уже два года плачу за содержание в постоянной готовности двух сотен вооруженных дворян! Или у вас нет двух сотен вооруженных дворян? Тогда – где мои деньги?

– Есть, есть дворяне! Есть!

– Вот пусть они и делают второстепенное дело насчет ваших врагов Сесила и Ралея. А ваша задача, граф, совсем проста. Вы знаете тайный ход в спальню королевы, и у вас есть ключи от дверей того хода. Зайдете в спальню «коровы» и сделаете свое дело. И король шотландский Яков Шестой уже воскресным утром станет королем английским Яковом Первым! Так сбудется то, чего хотим мы и чего желает вся Европа.

То есть и мы, и Европа желаем восстановления попранной справедливости, погибшей в этой стране на плахе вместе с Марией Стюарт! То есть – торжества католической веры!

Граф стоял спиной к господину Эйнану и слушал его простые и даже ласковые слова. Напротив, через дорогу от дома Эйнана, стояла гостиница «Якорь». На втором этаже гостиницы темнело раскрытое окно. Вроде как там мелькнула тень… От окна гостиницы до окна дома Эйнана, если мерить шагами, то восемьдесят шагов.

Граф самолично измерял этот факт.

– Дорогой граф! Дело зашло так далеко, что «если» быть не может. Не может! Затея с воцарением короля Якова обошлась деловым людям Италии уже в полмиллиона фунтов стерлингов. Или в миллион испанских дукатов, или в два миллиона французских ливров. Считайте в любых деньгах, и при любых деньгах это будет много. И учтите, что по этому делу работаете не вы один. И тем людям тоже идут немалые деньги…

Граф Эссекс решил больше не возражать миланскому гостю. Незачем.