Ильяс выпрямляется и смотрит на меня сверху вниз сурово и холодно, но я продолжаю тупо сидеть и пялиться на свои пальцы. На кольцо. На чертово кольцо, которое одела по собственной глупости…
- Дарина, ты слышишь?! Поднимайся!
- Зачем? - шепчу, он хмыкает.
- Я играю на опережение, зайчик. Поедем к твоему отцу, чтобы ты лично убедилась: развода не будет.
- Вставай. Ты все равно к нему побежишь, зачем тянуть? Услышишь лично, оба избежим проблем. Поднимайся!
Я ни на что не рассчитываю, когда мы подъезжаем к особняку моего отца. Правда. Мне уже все понятно и ясно заведомо, но, наверно, внутри меня жив еще тот ребенок, который верит, что у него есть нормальный отец. Защитит, поможет, встанет на мою сторону. Я знаю, что это утопия для моей жизни — не бывать этому. Не встанет. Если бы на кону стоял его бизнес и я, он продал бы меня тысячам похожих уродов, лишь бы сохранить свою кормушку. А его жена только подстегнула, может, и добавила бы еще пару тысяч мужиков сверху.
Им на меня плевать. Я это знаю. Да. Готовлю себя заранее, пытаюсь прикрыться этим, как щитом, но все равно…это дико больно сидеть перед отцом и слышать:
- Дарина, ты знала все изначально. У нас сделка. Договор. Ты пошла на это сама, так что никакого развода. Забудь.
- Он мне изменяет, пап… - шепчу, вытирая горькие слезы, на что получаю еще один смешок.
Такой несправедливый смешок…разве моя боль — это действительно какой-то больной аттракцион? Разве это забавно?
- И что с того? Все мужчины изменяют, Дарина.
А звучит так, будто «тебе ли не знать», и взгляд такой многозначительный. Господи…зачем я сюда поехала? Вскакиваю и сбегаю, быстро спускаюсь с парадной лестницы и резко открываю дверь черного БМВ. Ильяс тушит сигарету. Он ничего мне не говорит, молча ведет машину, пока я стараюсь не разрыдаться перед ним.
Не хочу. Моя слабость и боль — аттракцион, но на сегодня все билеты проданы.
У подъезда, однако, выпускать меня он не спешит.
- Все уяснила? Заговоришь еще раз о разводе, пожалеешь. Не выводи меня…
- Открой дверь… - молю, но получаю за то, что перебила.
Ильяс натягивает волосы и заставляет посмотреть себе в глаза, рычит.
- Еще раз. Ты все уяснила?
Сглатываю плотный ком обиды, а потом опираюсь на злость и цепляюсь за его руку ногтями. Рычу в ответ.
- Убери от меня свои лапы.
- Развода не будет. Повтори.
Это шантаж?! Смотрю в его глаза и вижу: да, именно он. Ну уж дудки! Никогда не признаюсь! Знаю, что возможно по мудрому и надо бы, оказавшись в такой вот ситуации, но ни за что этого не сделаю! Прогнусь сейчас — он будет давить дальше. Нет! Поэтому я прикусываю губу, чтобы не зарыдать, и мотаю головой.
- Нет? - удивляется, а потом начинает улыбаться.
Глаза немного светлеют. Ага. Правильно поступила. Нельзя прогибаться, иначе он меня тупо уважать не будет. Точнее…еще меньше будет.
