А где? У себя? Или в той спальне? — указываю на комнату, в которой жила Асель.
— О. А точно… Стели в аськиной спальне, я в душ.
К сожалению, действительность оказывается прозаичнее ожиданий.
Лена выходит из душа, молча падает лицом вниз на кровать и к моменту, когда я откладываю телефон (секунд через тридцать), она уже спит.
Возвращаюсь на фейсбук; благо, размеры этой кровати позволяют друг друга не беспокоить.
На фейсбуке с удивлением обнаруживаю, что все без исключения словно сошли с ума: пока мы веселились, президент страны сегодня ушёл в отставку. Это обсуждается даже в специализированных медицинских группах, не имеющих к политике никакого отношения.
Я не сильно слежу за политикой: уровень не мой. Пока, во всяком случае. Из предыдущей памяти помню, что этот (уже бывший) президент управляет страной больше, чем живу.
Мнения по поводу его отставки в сети разнятся от депрессивно-истеричных (типа «На кого ты нас оставил!») до радостно — эйфорических («Наконец-то!»).
Согласно Конституции, обязанности президента до выборов принял глава верхней палаты парламента, достаточно непубличный администратор, который производит впечатление человека, не стремящегося к первым ролям.
Вместо главы парламента, ушедшего на президентский пост, новой главой парламента единогласно (вот тут я удивляюсь) избирается очень близкая родственница теперь уже бывшего президента.
Недовольство в сети, что характерно, касается не конкретных личностей, а процедуры: власть обеих ветвей в стране (и законодательная, и исполнительная) перешла из рук в руки абсолютно без какого-либо участия избирателей.
С одной стороны, действующему президенту уже практически восемьдесят. С этой позиции, его уход выглядит вполне логично. С другой стороны, не понятно, зачем было столько лет тянуть; зачем затевать разгар реформ в период смены лидера, и многие другие моменты.
Если отсеять эмоции, прихожу к выводу, что устройство государства больше похоже на монархию, не смотря на слово «РЕСПУБЛИКА» в названии. Раз так — есть масса деликатных моментов в кулуарах власти, о которых народу сообщать никто не будет.
Мне пока не хватает ни знаний, ни жизненного багажа, чтоб оценить все «за» и «против».
В итоге, всё же засыпаю с мыслями, что львы бабочкам не страшны.
Львы бабочкам оказываются страшны.
Когда утром прихожу в НОВУЮ КЛИНИКУ почти на час пораньше, чтоб спокойно почитать, Шаматов уже тоже в кабинете. Вместе с ним — пара старших медсестёр в возрасте, ещё пара врачей. Все — с кружками чая в руках, активно обсуждают вчерашнюю новость.
Хочу незаметно прошмыгнуть к себе, но меня останавливают, вручают кружку с чаем и предлагают поучаствовать.
Из вежливости присаживаюсь минут на пять.
Дверь в коридор не закрываем, поскольку собралось много народу.
