Меня изумляет, что вы продолжаете здесь работать. Совершенно очевидно, что вам не нравится подчиняться приказаниям мистера Стиллмена.
— Мистер Стиллмен! — Он поднял брови, словно посмеиваясь. — Ну, все мы знаем, что наедине это Пол, не так ли, Скотти? Мы все знаем, что вы с ним очень, очень близкие друзья.
При этом замечании она слегка покраснела, потом повернулась к нему спиной и заговорила с Марни:
— Послушайте, мисс Лестер, милочка, мне нужно возвращаться наверх… Мистер Стиллмен должен наложить швы этому несчастному ребенку, так что я попрошу кого-нибудь отвести вас в наши жилые помещения. Послушайте, — она внимательно посмотрела на озабоченное лицо Марни, — что-нибудь не так? Похоже, вы чем-то не на шутку встревожены.
— Ну, я немного озадачена, — призналась Марни. — Вы только что сказали, что мистер Стиллмен собирается накладывать швы на руки Нади. Я не знала, что он… ну, остеопаты обычно не занимаются хирургией, разве нет?
— Мистер Стиллмен не практикующий хирург, нет, но у него для этого достаточно квалификации. Разве вы не знали? Не знали! Он начинал как хирург еще в Торонто, и там-то я с ним впервые и познакомилась, потому что мы работали в одной больнице. Потом у его старшего брата начались какие-то проблемы с позвоночником, и он заинтересовался остеопатией, особенно когда его брата удалось вылечить. Он приехал сюда и учился у сэра Остина Орда, этого великого старика, одного из первых остеопатов-крестоносцев, — постепенно как-то прижился в Англии. Когда сэр Остин умер и оставил ему приличную сумму денег, он открыл эту клинику. Пол… мистер Стиллмен очень гордится этим местом. Мне бы не хотелось, чтобы история с Надей Жюстен бросила на клинику тень.
— Ладно, ладно, Скотти, — заговорил Эррол Деннис, — что толку от влиятельного будущего тестя, если ты не готов использовать его, — и я чертовски уверен, что Стиллмен воспользуется им, чтобы утаить попытку самоубийства Нади.
— И кто сможет обвинить его в этом? — стойко защищалась сестра Траскотт.
— Не вы, сердечко мое, это уж точно, — расхохотался Эррол. — Что такого особенного в Стиллмене, что все женщины склоняются перед ним, словно гаремные рабыни? Может, что-то дьявольское, а, Скотти? Что-то, перед чем женщины не могу устоять?
— Это в вас есть что-то дьявольское, Эррол Деннис, — огрызнулась она и, неодобрительно шурша накрахмаленными юбками, вышла из комнаты.
На следующее утро стало вполне понятно, что Эррол оказался прав в своих догадках и Пол Стиллмен использовал влияние мсье Жюстена, чтобы скрыть неприятную историю с перерезанными венами Нади.
