Светлана не имела права голоса, она всего лишь мать детей. Муж считал ее дурой, правда, внешне не показывал своего пренебрежения, но домашние отлично видели, как глава фамилии относится к супруге. Когда-то Света вела хозяйство, но с течением времени и по мере роста капитала выпустила вожжи из рук. В особняке правит домработница Римма, которая смотрела на Свету сверху вниз. Анюта не любила мать, в глаза называла ее «клушей», Светлана, думаю, тоже не очень-то радовалась при виде доченьки. Вот Олег изображал любовь к матери. Именно изображал, другого глагола не подобрать! Но, полагаю, Светлана верила в чувства сына. Отношения в семье очень дистанцированные, ее члены настолько чужие друг другу, что Павел Львович не захотел рассказать жене про свою операцию. Он, конечно, объяснил свое поведение заботой о здоровье супруги, у той, мол, больное сердце, но в действительности Светлана стала ему совершенно посторонней. Павла не волнует ничего, кроме дела, ради процветания фирмы он не разрешил Олегу развестись с Тиной. Да, чуть не забыла! Светлане повезло: она получила наследство, миллион долларов, но не вложила его в предприятие мужа. Небольшой штришок, но он о многом говорит. Вот так они и жили! Правда, Света начала впадать в истерики, один раз даже разбила лопатой клумбу, на которую не захотел обратить внимание муж. Вот тут Павел Львович наконец понял, что с супругой творится неладное, и пошел к врачу. Специалист рассказал ему про климакс и посоветовал придумать жене занятие. К чести Краминова следует отметить: он решил помочь Светлане – предложил купить ей гимназию и еще что-то, но та отказалась. Жаль, что она не захотела попытаться изменить свою жизнь.

– Знала бы ты, как ошибаешься в оценке Светы! – азартно воскликнула Косарь. – Она хорошо знала цену детям и мужу, только не представляла, как сломать существующее положение. Тут на нее свалилось наследство, и Краминова сообразила: вот он, шанс. Как ты думаешь, что она сделала?

– Даже не догадываюсь!

– Купила «Икар» и придумала «добрых ангелов». Наверное, эта идея зрела давно, просто не было возможности ее осуществить. А тут, спасибо практически незнакомому отцу, прибыл миллион в валюте.

– Хозяйку лечебницы зовут Анюта Павловна, – глупо уточнила я.

Нина широко улыбнулась.

– Чувство юмора Светланы можно назвать своеобразным. Она могла представиться сотрудникам хоть Елистратой Калиоповной, подчиненные у начальников документов не спрашивают, но ей показалось прикольно назваться именно Анютой Павловной.

– Прикольно, – повторила я. И заорала: – Ничего не понимаю!

Нина довольно заулыбалась.

– Сейчас разберешься. Эх, мне определенно следовало учиться на психолога, и очень жаль, что у нас в штате нет подобного специалиста.