Когда Тихон развернул самолет, то они увидели на воде обломки корпуса и надстроек, мусор в виде кусков досок, и плавающие бескозырки. А еще – несколько мертвых тел.

– Николай, дай радио на базу: «Катер утопили, с нашей стороны потерь не имеем, следуем на базу».

Настроение у экипажа сразу поднялось, все повеселели. Не в каждом вылете удается обнаружить и тем более утопить вражеское судно. Вроде невелик торпедный катер, а бед может причинить много. При грамотной и смелой команде за одну атаку два крупных судна утопить – вполне по силам.

Тихон даже напевать стал от избытка чувств – хороший полет получился. Нашу подлодку выручили, с интересным человеком он познакомился, вражеский катер утопили – есть о чем в рапорте написать, не стыдно и в казарме появиться.

Вот и мыс Великий, дальше – Губа Грязная, ставший родным гидродром.

Приземлились они лихо, встали на якорную стоянку, заглушили двигатели. К ним уже спешил катерок, который забирал экипажи с гидроплана.

Сначала, понятное дело, в штаб – устный доклад комэску, рапорт, в котором Тихон особенно выделил действенную помощь начальника поста Головчанского.

Впрочем, особенно не приукрашивал. Ну а в завершение написал про немецкий торпедный катер.

– Утопили? – усомнился комэск.

– Видимо, в торпеду угодили. Катер в клочья разнесло.

– Наш Пе-2 туда на разведку вылетает, пусть штурман район точно покажет. Если подтвердится – к награде представлю.

Кто бы отказывался! Однако здесь решает даже не командир полка, а значительно выше, по наградным листам.

В полку, как и в отдельно взятой эскадрилье, почти на месяц наступило затишье.

Летали только самолеты-разведчики, в основном «пешки» – на них были установлены фотоаппараты с мощной оптикой. Как правило, разведчиков сопровождали два звена истребителей прикрытия.

К осени 1944 года в Красной Армии уже хватало самолетов и опытных летчиков, и пора безраздельного владычества в воздухе немецкой авиации закончилась. Теперь в небе господствовали наши самолеты.

Все воины – пехотинцы, матросы, пилоты – чувствовали, что наступившее затишье временное, как перед грядущей бурей, подготовку наступления не скроешь.

На склады завозились боеприпасы, топливо, запчасти, провизия, медикаменты. Что примечательно, каждой эскадрилье были указаны цели для возможной бомбардировки. Летчики изучали подходы к цели, зенитную оборону, запасные аэродромы или озера для гидроавиации.

С каждым днем предчувствие скорого наступления становилось все ощутимее, острее. Немцы это тоже понимали – после Курской дуги сил у них уже не хватало.