Надеюсь, вы не забыли, что я рассказываю сон? Открывает дверь бульдог и с порога спрашивает:

– Что вам нужно, господа полицейские?

Смотрю, у моего напарника челюсть так и отвисла. Немного заикаясь, он спрашивает:

– А это… извините… хозяева ваши дома?

– Я здесь хозяин! – твердо так отвечает бульдог и представляется: – Догин Дог Бульдогович.

– И паспорт имеется? – ехидно спрашивает Антон Станиславович. – И вытирает пот со лба.

– Имеется, – не менее язвительно отвечает Дог Бульдогович. – Только сначала объясните мне причину проверки документов. В чем проблема?

– Нет никаких проблем, – вмешался я. – Это мой напарник, он уходит скоро на пенсию, а я буду… вернее, уже есть ваш новый участковый. Вот ходим с жителями нашего района знакомимся. Трисон меня зовут.

– Взаимно! – кивнул я головой и покосился на напарника. Он почему-то стоял грустный и поникший. – Так можно взглянуть на ваш паспорт?

– Конечно, можно! – пес удалился.

Антон Станиславович шепчет мне на ухо:

– Это какое-то недоразумение, Трисон, здесь никогда не жили собаки. Я был в этой квартире месяц назад, тут жила одинокая старушка. По-моему, тут какая-то афера. Нужно срочно разбираться.

Дог Бульдогович принес паспорт, в котором черным по белому… нет-нет, если вы видели паспорт, то черным по розовому написаны фамилия, имя, отчество в соответствии с тем, как и представился новый жилец квартиры. Я проверил и регистрацию – все совпало.

– Спасибо, – сказал я и вернул паспорт владельцу квартиры.

И тут Антон Станиславович не выдержал:

– А с каких это пор у нас стали регистрировать недвижимость на собак?

– Коллега, – обратился гражданин Догин ко мне, – объясните своему напарнику, что на дворе двадцать первый век. Права собак и людей давно уже уравняли.

– Это неправда! – закричал майор Подосенов. – Вы решили меня разыграть?

– Погодите, уважаемый, – оскалился хозяин квартиры. – Значит, лабрадору можно работать участковым, а бульдогам предлагаете жить в подворотне? Я завтра же пожалуюсь вашему начальству. Как вы смеете так себя вести? Вы пришли ко мне без приглашения и хамите тут…

В этот момент на возмущение отца прибежали два щенка.

– Папа-папа, – затявкали (или просто закричали?) они, – ты сердишься?

– Нет-нет, что вы, – замахал из стороны в сторону хвостом папа, – это пришли мои давние друзья.

Тут и Антон Станиславович улыбнулся.

– Ладно, извините, что потревожили, еще увидимся. До свидания.

Мы вышли на улицу. Сели на лавочку у подъезда, напарник мой снял галстук, смахнул пот со лба, тяжело вздохнул и тихо сказал:

– Трисон, по-моему, мне и правда пора на пенсию, заработался я совсем!

– Ну, вам осталось немного, – сказал я.