Всё понятно?
— Я убью тебя, Макс Губер, — процедил сквозь зубы эсесовец. — Или кто ты там. Клянусь. Поймаю и убью.
— Ну, это мы посмотрим, — сказал Макс. — Пока я точно могу сказать, что на волосок от смерти ты, а не я. Но шанс выжить, повторю, у тебя есть. Итак, мы выходим, и ты отдаёшь приказ не стрелять и всем оставаться на месте. Это понятно?
— Понятно, — неохотно буркнул эсесовец.
— Тот легковой серый «опель» на соседней улице. Он твой, верно?
Штурмбанфюрер промолчал, играя желваками.
— Поздравляю, засада почти удалась. Но только почти. Ключи, надеюсь, у тебя?
Штурмбанфюрер молчал.
Ствол пистолета упёрся ему в лоб.
— Советую говорить. Моя доброта не бесконечна.
— Ключи в замке.
— Отлично. Мы выходим, идём к машине, ты садишься за руль, и мы уезжаем. Пошли.
— А…я? — хрипло осведомился Вебер.
— Сиди, пей, — сказал Максим. — Это всё, что я могу тебе предложить.
Первым на крыльцо вышел штурмбанфюрер. Было уже почти совсем темно.
— Это я! — громко сообщил он. — Штурмбанфюрер Георг Йегер. Приказываю опустить оружие и не стрелять! Ещё раз. Приказываю опустить оружие и не стрелять!
Рука об руку Йегер и Максим спустились с крыльца. Правым боком Йегер чувствовал ствол люгера. Его люгера."
"Они вышли за калитку и проследовали пустынной улицей к машине. Окно избы напротив было уже закрыто, и звуки импровизированной гулянки утихли.
Сели в машину (оба с правой стороны, Максим заставил Йегера протиснуться на место водителя).
— Заводи, поехали, — скомандовал Максим.
— Куда?
— Я покажу.
Они выехали из Лугин, проехали три километра по пустынной мощёной камнем дороге в сторону Белокоровичей. За селом Лугинки Максим велел остановить машину.
— Здесь выйду, — сказал он и приставил люгер к голове штурмбанфюрера.
— Ты же обещал, — сквозь зубы выдавил Йегер. Он не боялся смерти. Но было обидно. Чертовски обидно. Этот человек переиграл его по всем пунктам.
— Не ссы, — по-русски сказал коммерсант Макс Губер. — Русское слово дороже немецкого. Запомни это.
Он нажал на спусковой крючок.
Грохнул выстрел. Пуля обожгла голову Йегеру, и штурмбанфюрер сполз на сиденье, потеряв сознание. Кровь потекла вниз, заползая под воротник мундира.
Максим забрал из кобуры Йегера запасную обойму, вышел из машины и через мгновение исчез в темноте.
Тарас Гайдук обедал. Только что он выпил стопку отличной свекольной самогонки и теперь заедал её огненным борщом, время от времени откусывая от ломтя ржаного хлеба и бросая в рот целые дольки ядрёного чеснока. Борщ был отличный — такой, как надо. Наваристый, со сметаной и мозговой костью.
В открытое окно хаты залетал лёгкий тёплый ветерок.
Хорошо!
Тарас налил вторую стопку, выпил, крякнул, утёр пот со лба.
