— С каждой минутой всё больше верю, что вы и впрямь из будущего.
— То ли ещё будет, — сказал Максим. — Ты, главное, держись. Есть хочешь, кстати?
— Нет, спасибо, пока не хочу.
— В туалет? Не стесняйся.
— Тоже пока не хочу. Давай за немцами последим.
Немцы, действительно, выдвинулись на поиски сбитого советского истребителя.
Ниже гранитных скал оказался брод, к которому вела едва заметная колея. Сразу за рекой она брала вправо, шла по берегу и потом, примерно через километр, сворачивала в лес, превращаясь в заросшую лесную дорогу.
Однако немцы туда не поехали. Перебрались на другой берег, остановились. Унтер-офицер сверился с картой, отдал неслышный приказ, махнул рукой, показывая направление.
Отделение рассредоточилось, солдаты взяли винтовки наизготовку и скрылись в лесу. За ними последовал унтер-офицер.
На берегу остались только двое водителей — бронетранспортёра и мотоцикла.
Теперь немцев было не видно, их хорошо скрывала листва деревьев.
— Меня ищут, суки, — сказал лётчик. — И к бабке не ходи.
— Самолёт найдут быстро, — сказал Максим. — А вот нас — вряд ли. Мы уже под водой.
— То есть?
Максим объяснил, что корабль успел погрузиться в воду полностью:
— Вода чёрная, болотная, мутная. Плюс ряска. Сейчас август, вода зацвела уже. Ничего в ней не разглядеть.
— Хорошо, коли так, — сказал Николай. — А если всё-таки найдут, что делать будем? Оружие какое-нибудь есть у тебя, товарищ старший лейтенант?
— Нет оружия, — сказал Максим. — У меня же исследовательский корабль, зачем оно?
— Оружие — такая вещь, которая всегда может пригодиться, — поучительно заметил лётчик. — Сам видишь.
— Да, — согласился Максим.
Он представил, что будет, если немцы и впрямь обнаружат «Пионер Валя Котик» и похолодел. Уже второй раз за сегодняшний день. Технологии конца двадцать первого века, попавшие в руки немецких фашистов из тысяча девятьсот сорок первого года могли натворить неописуемых бед.
Конечно, в них ещё предстояло разобраться, но уж кого-кого, а проницательных учёных и инженеров у немцев хватало. Разберутся, в конце концов. Не сразу, но разберутся. И тогда… Нет, допустить этого нельзя ни в коем случае.
— КИР, — позвал он.
— Здесь.
— Скажи мне, пожалуйста, друг мой. В самом крайнем случае, если потребуется, мы можем уничтожить корабль?
— Смотря что ты имеешь в виду под словом «уничтожить». Полностью уничтожить, без следа, нет, не можем. Но можем превратить его в бессмысленный кусок металла.
— Конкретнее.
— Можно запрограммировать критический перегрев реактора таким образом, что он самоуничтожится и уничтожит весь корабль. Биопластик просто испарится, углерит распадётся на составляющие, металлы сплавятся.
