Есть хотя бы один случай, когда кого-либо нашли по газетной фотографии? Нет, конечно!

– Добрый день, – вежливо произнес Варяг, глядя сквозь стекла больших очков на девушку в алой мини-юбке и белой блузке с чересчур большим вырезом: девка явно во вкусе Шрама. – Мне нужен «Петроконцерт». Я правильно пришел?

Девушка нахмурилась.

– Нет, это не «Петроконцерт»."

"– Да? – разочарованно произнес сутулый мужчина и подошел поближе к столу. – А мне сказали – на десятом этаже.

– Нет, на нашем этаже нет «Петроконцерта», – с невольным раздражением сказала секретарша. В этот момент зазвонил телефон.

Варяг улыбнулся: без пяти шесть – это звонил пунктуальный Гепард.

– Нет, Александра Алексеевича пока нет, – ответила девушка, чуть отвернувшись от докучливого посетителя. – Он в командировке…

Но Варяг не слушал. Он попросил Гепарда подержать девицу у телефона хотя бы минуты три, чтобы ему хватило времени сделать то, ради чего, так рискуя, он сюда пришел.

Покосившись на девушку и заметив, что она уже совершенно забыла про него, Варяг как бы невзначай подошел к окну. Внизу гранитная лестница сбегала от главного входа вниз на площадь, справа виднелся сквер, а чуть дальше платная автостоянка.

Тут внутренняя дверь раскрылась и из кабинета вышел, держа в руке сложенный листок бумаги, Гришка Монин. Черт возьми! Варяг поспешно отвернулся, хотя знал, что Моня его не узнает – ведь они виделись лишь раз, мельком, года полтора назад в ресторане, где было полно народа и Моня был шестеркой при Шраме…

Моня недовольно посмотрел на сутулого мужчину, потом перевел недовольный взгляд на секретаршу. Та скроила ему гримасу – мол, сейчас я этого выпровожу – и продолжала вести беседу с Гепардом, устало объясняя назойливому собеседнику, что Александр Алексеевич ничего не передавал для Ильи Моисеевича…

– Как, как? Да вот так – не передал, и все! Господин, извините… я действительно ничего не знаю… но даже если вы его друг детства… позвоните, когда вернется.

Моня плотно закрыл дверь кабинета и вышел из приемной. Секретарша продолжала беседу. У него оставалось секунд десять – пятнадцать. Варяг, все еще стоя у окна, незаметно вытащил из кармана небольшую коричневую коробочку и спрятал ее в ладони. Потом вдруг сел в кресло для посетителей и как бы случайно провел рукой по краю журнального столика. Коробочка прилипла к внутренней поверхности столешницы. Варяг стал поправлять шнурок ботинка.

Секретарша положила трубку и, уже не скрывая раздражения, заявила:

– Мужчина, пожалуйста, выйдите отсюда, вы мешаете мне работать. Я же вам сказала: «Петроконцерт» на другом этаже!

Сутулый усач поспешно встал. Он испуганно глядел на суровую секретаршу сквозь плоские стекла очков.

– Извините, ради Бога, я, верно, ошибся.