Я сразу просчитал, что, как бы я ни торопился, Ненашев успеет улизнуть, как только узнает, что стало с его друзьями в Сочи.
– Поэтому ты и не торопился, – с неодобрением вставил генерал.
– Именно поэтому. Я просто начал подбрасывать местным ментам кости. Правда, мне пришлось бросить им меньше костей, чем я рассчитывал поначалу. Но я же не знал, что у них есть этот Синица! Он так уверенно шел по моему следу, как будто я – машина, которая делает разметку асфальта. Я даже занервничал немножко. Но потом все вошло в колею, и наш Синица сыграл свою роль как по-писаному, – нашел меня в Москве, сел на хвост и все время держал Ненашева в курсе событий.
– Артист, – проворчал Федор Филиппович. – А все-таки лучше бы его в этом деле не было. Лучше бы его вообще не было, этого твоего мента!
– А вот тут вы не правы, Федор Филиппович. Это же представитель вымирающей породы: честный мент. Да что я говорю – мент! Честный человек. Много вы можете назвать честных людей – так, чтобы без натяжек, без скидок на обстоятельства? Много? То-то! И что, такого человека я должен был застрелить?
– Понес, – проворчал Федор Филиппович. – Ладно, успокойся, никто твоего мента не тронет. Я посмотрю, что могу для него сделать. Может, удастся немного продвинуть его по службе, тем более что вакансии у них в управлении теперь имеются...
– Он взяток не берет, – напомнил Сиверов.
– Взятки надо уметь правильно давать, – неожиданно для себя самого приходя в прекрасное расположение духа, назидательно сказал Федор Филиппович. – Я это умею. Запомни: если взятку правильно преподнести, никто даже не заподозрит, что это взятка. Все решат, что человека наконец-то оценили по заслугам.
Он попытался понять, отчего вдруг развеселился, и понял: это потому, что Сиверову удалось разубедить его в необходимости убрать того чересчур смышленого майора. Хотя, услышав по телевизору известие о смерти Ненашева, Синица наверняка сумеет сложить два и два. Недаром же Глеб его хвалил...
"Ну и пусть складывает, – решил Федор Филиппович. Не надо ничего доводить до абсурда, в том числе и секретность. В конце концов, Сиверов и по улицам ходит. Что же теперь, броневик с пулеметом за ним следом пускать, чтоб свидетелей не оставалось?"
– Новый год скоро, – сказал он, чтобы сменить тему.
– Да, – откликнулся Слепой. – Дома будете праздновать?
– Наверное, – пожал плечами Потапчук. – Хотя ты же в курсе, все, как всегда, может измениться в самый последний момент. А ты?
– А я, как вы, – ничего не знаю. Вдруг Ненашев воскреснет? Сделайте-ка погромче, Федор Филиппович.
Потапчук пожал плечами и включил звук.
